ХОРРОРЫ ПРОТИВ ТЕХНОЛОГИЙ ИЛИ ТЕХНОЛОГИИ ПРОТИВ ХОРРОРОВ

The Guardian к выходу «Звонков» (2017) озаботился проблемой соотношения хоррора и технологий. Прошлогодний самоироничный кроссовер «Проклятые. Противостояние», столкнувший Садако из «Звонка» и Каяко из «Проклятия» , кроме регулярного подчеркивания собственной несерьезности игриво ставил вопрос о том, что случится с человечеством, когда проклятая видеокассета, открывающая для призрака доступ к жертвам, перестанет существовать в уникальном экземпляре, скучно убивая случайных старушек или недоумевающих японских студенток, пользующихся устаревшей технологией, и получит возможность распространять свой зловещий контент среди всего остального прогрессивного человечества с помощью интернета. Ответить на этот вопрос «Противостояние» предлагало самостоятельно, а вот создатели «Звонков» как раз примерно в то же самое время занимались развитием этой очевидно наболевшей темы, снимая очередной сиквел про американскую версию Садако Самару. И этот пример может стать хорошей иллюстрацией того, как уже устоявшаяся франшиза в эпоху сиквелов пытается смириться с тем, что ей приходится существовать во время изменившихся технологий.

Кадр из фильма «Проклятые. Противостояние»

Прежде всего, для того чтобы понять, что именно затягивало зрителя в первых фильмах франшизы, стоит вспомнить сам предмет ужаса — медленно и методично двигающийся в сторону новой жертвы зловещий призрак девушки с длинными волосами, скрывающими лицо, который, даже если не присутствует сам, всегда напоминает о себе с помощью неизменно находящейся у жертвы видеокассеты (вполне материального, осязаемого объекта) и технологии, которая в меньшей степени знакома самой молодой аудитории «Звонков». История видеокассетных ужасов говорит о том, что объект ничуть не менее страшен, чем его содержание, и является предвестником ужасных последствий — вспомните судьбы нашедших неподписанные кассеты у Линча в «Шоссе в никуда» (1997) или у Ханеке в «Скрытом» (2005). Кроненберг в «Видеодроме» (1983) вообще устраивает целый телесный спектакль из акта помещения кассеты в человека, который оказывается в роли всего лишь принимающего аппарата. Аналогичным образом мог работать и телефон, по которому совершался таинственный звонок и провод которого мог физически соединить жертву и маньяка или, наоборот, быть вполне реалистично перерезанным, оставляя персонажа без связи с внешним миром. С распространением мобильных телефонов саспенс, создаваемый технологиями связи подобного рода, стал гораздо менее многослойным: всем известно, что в самый нужный момент либо сеть пропадет, либо батарея разрядится. Чтобы убедиться в непригодности сотовых как объекта для полноценного саспенса, на YouTube рекомендуют насладиться компиляцией мобильных фейлов из множества любимых ужастиков, снятых после 2000 года.

Кадр из фильма «Кошмар на улице Вязов» (1984)

Зато распространение технологий, упрощающих видеосъемку или улучшающих ее качество (любительских камер, смартфонов и прочего), породило целый ворох фильмов в жанре found footage, пытающихся эксплуатировать атмосферу, заданную «Ведьмой из Блэр» в 1999 году. Не стоит отрицать, что какое-то время призраки, перекочевавшие на видео, снятое персонажами, поддерживали конвенции жанра. Так, например, можно рассматривать как изобретательное применение жанра страшилок о проклятых домах во франшизе «Паранормальное явление». Но все это работает достаточно ограниченно. Например, прошлогодний сиквел «Ведьмы из Блэр» показал: что-то в доступе к технологиям мешает новым хоррорам сохранять нервную атмосферу оригинала, а попытки создать что-нибудь вроде Found Footage 3D (2016) становятся возможными только при наличии внутри фильма отсылки к его созданию, то есть при специфической ситуации, которая вряд ли даст жанру второе дыхание.

Кадр из фильма «Убрать из друзей» (2014)

Проблема с современными технологиями заключается не в том, что они не пугают нас сами по себе, а в том, что далеко не каждой команде кинематографистов удается точно поймать, чего именно в новом мы боимся теперь. В качестве показательных примеров опять появляются фильмы, истории из которых будет сложно воспроизводить в последующих картинах. Например, интересным представляется опыт хоррора Левана Габриадзе «Убрать из друзей», где ситуация использует форму видеоконференций в Skype, а поводом для ужаса становятся ощущение изоляции и необходимость всегда быть в сети. В этом смысле картина акцентуализирует популярный страх перед замещением реальной жизни и реальных отношений виртуальными. Оригинальность данного сюжета подчеркивает общий кризис в отношениях жанра хоррора с технологиями, и тем не менее «Убрать из друзей» остается одним из немногих случаев удачного обращения к этим отношениям. Для того чтобы такие фильмы снова нас пугали, режиссерам придется немало попотеть над поиском новых решений.

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter