Advertisement

Петросян vs. Крюгер: Хоррор-скетчи в КВН, «Куклах» и «Ералаше»

1 апреля – День смеха. А фильмы ужасов это, как гласят законы жанра, не смешно. Есть, правда, специальный поджанр – хоррор-комедии. Но списки с комедийными ужастиками вы встречали и раньше. А чего не встречали – так это подборку хоррор-скетчей из русскоязычных юмористических программ. КВН, «Городок», «Куклы», ну и, конечно, монологи Евгения Вагановича. Всё это как раз тот юмор, от которого иногда что-то внутри и правда устремляется в пятки, а уж причины на то у каждого свои.


«До конца уборочной осталось семь дней»

В 2004 году, в сезоне Высшей лиги КВН на этапе 1/8 финала, команда Тюменского Нефтегазового Университета предложила советскую версию фильма «Звонок». В КВН-прочтении герои становятся колхозниками, которые не успевают собрать урожай. Им звонит некто и пискляво угрожает: «До конца уборочной осталось семь дней. Если не успеете…». «Кто это?» – спрашивают колхозники. «Сталин» – отвечает председатель. Скоро Сталин и сам оказывается в колхозе, из-за чего все, включая вождя, долго кричат. А потом вдруг мило кланяются под весёлую музыку.

В той же игре Сборная РУДН показала «первый индийский фильм ужасов». У индуса из груди вылезает чудовище, та же участь постигает его собеседника, а затем два монстра, пользуясь порабощёнными людскими телами, танцуют индийский танец, сливаясь в кукольном поцелуе.

В 2017 году их преемники, молодая команда РУДН, в Премьер-лиге показала номер о штампах из фильмов ужасов вообще. В финале оказалось, что у маньяков, истребляющих героев по одиночке, был мотив – музыкальный. Видимо, речь об иррациональности всякого подлинного злодеяния.

Тем же путём в 2010 пошли «Сега Мега Драйв 16 бит». Правда, за основу взяли «Пилу», но не столько обыграли фильм, сколько прошлись по «хоррорным» клише. Не обошлось и без лёгкой сатиры: «Где мы? Тут ободраны стены, одни развалины. – О Господи. Мы в Сызрани!». То, что для среднего американца – кошмар, для жителя российской провинции образ жизни.


«Эх, Вова, что ж ты папку-то так?»

Легализовавшись на постсоветском пространстве, ужасы стали так популярны, что попали даже в детский киножурнал «Ералаш». В 1994 году в серию №103 вошла короткометражка «Чужой (наш ужастик)», где, правда, были использованы мотивы не из серии о Чужих, а из «Кошмара на улице Вязов».

Мальчик поздно вечером смотрит одну из частей «Кошмара…» с одноголосым переводом. Дверь открывается – в квартиру проникает Фредди Крюгер. Начинается классическая ералашная беготня, в ходе которой Фредди на голову надевают глобус и прижимают его к полу хоккейной клюшкой. Загорается свет, и Фредди превращается в папу мальчика, которого играет популярный советский актёр Владимир Носик. «Сынок, – спрашивает избитый папа – что с тобой?».

Тем временем, настоящий Фредди глумится из телевизора: «Эх, Вова. Что ж ты папку-то так, м?»


«Опять нажрался, тварь»

Рубрика «Ужасы нашего городка» из программы «Городок» не всегда показывала именно ужасы. Но иногда впрямую обращалась к хоррору – так, в 1997 году были спародированы популярные до сих пор псевдодокументальные ужастики, снятые «как бы» на ручную камеру от первого лица.

«Когда это случилось, вчера, сегодня или завтра, и кто это, или что это, не знаем» – гундосит Юрий Стоянов, подражая голосам со старых видеокассет. Затем возникает титр «ТВАРЬ», после которого прогулка какое-то время неотличима от малобюджетной кинопугалки. До тех пор, пока мы снова не встречаем Стоянова – теперь в роли женщины за окном, в которое заглядывает неизвестный.

Некто, чьими глазами мы смотрим на мир, забирается в дом, женщина видит его и разевает рот в крике. «Опять нажрался, тварь!» – вопит она и тушит о лоб мужа сигарету. То, что было подано как мистическая история, оказалось драмой о неблагополучной семье. Опять к слову о том, что жизнь простого человека в России порой страшнее художественной мистики.


«Целься лучше не в живот – в рот!»

Когда у шоу пародий «Большая разница» закончились объекты для высмеивания среди героев отечественного ТВ и шоу-бизнеса, они стали шутить над всем, что под руку попадётся. Из ужасов ожидаемо попались Крюгер, «Звонок» и «Дракула». И неожиданно – «Блэйд», которого ещё и объединили с советским мультфильмом «Остров сокровищ».

Группа «Гротеск» – живые пираты из музыкально-игровых сценок – обзавелись клыками (многие в детстве их и без этого боялись) и стали петь о том, как нужно бороться с вампирами. «Кто убивает вампиров, тот молодец, тот молодец!», «Целься лучше не в живот – в рот!» и другие напутствия юным борцам с нечистой силой.


 «Люди гибнут за металл»

В самом начале 90-х по отечественному ТВ показали демонический клип одесской комик-труппы «Маски» – «Куплеты Мефистофеля» из оперы «Фауст» в рамках передачи «Маски-шоу». Помимо собственно демоничности, клип содержал в себе антологию сюжетов, от которых в прежние (да и в нынешние) времена зрителя избавила бы цензура: обнажённые Адам и Ева, Сталин и Гитлер за шахматной доской, спортивный пьедестал, на который лезут мертвецы, надеясь занять первое место в кончине, Папа Римский с серпом и молотом…

И всё это, кажется, снимали в храме. Сложно представить, чтобы сегодня в телеящике появилось что-то столь же всесторонне аморальное. И хотя бы в половину такое же обаятельное.


«Ужастик, кошмарик, гробастик»

Не могло произойти, чтобы в стороне от темы остался самопровозглашённый король российского юмора, Евгений Петросян. В репертуаре у комика есть огромный монолог с названием «Ужастик» за авторством Алексея Щеглова.

«Когда в эфире транслируется этот очень смешной монолог, я вспоминаю ироническую фразу: то ли жизнь прекрасна, то ли мы мазохисты» – говорит Петросян, представляя «Ужастик» в своей же программе «Смехопанорма». Действительно, чтобы досмотреть «Ужастик» до конца нужно либо любить боль, либо каким-то образом вписать Евгения Вагановича в свои категории прекрасного.

«Не жизнь, а сплошной ужастик, кошмарик, гробастик» – начинает стендапить Петросян, капризно надув губы. В зале хихикают – уже смешно. Но случались на эстраде и другие примеры хоррор-юмора. В советское время Артём Палиев в образе «доброго» сказочника Кошмара Ивановича Натощак рассказывал «дорогим детишечкам» сказку о мёртвой тётеньке с золотой ручечкой и дяденьке, который решил эту ручечку похитить. Коротко, и забавно, и со скримером в конце.


«Зачем нам доктор? Мы тут все здоровы»

Персонажи программы «Куклы» сами по себе были криповыми – с одной стороны узнаваемые и почти «живые», а с другой гротескно-перекорёженные политики. А среди популярных сюжетов и жанров, которые обыгрывались в программе, нередко оказывались фильмы ужасов. Например, в ноябре 1996 года вышла серия «Кремлины» – явная отсылка к «Гремлинам». Для недогадливых слово «гремлины» появилось в начале эпизода, а потом заменилось «кремлинами» – и всё это на фоне Спасской башни Кремля. По сюжету, кремлины – это призраки советских вождей, которые по ночам материализуются в Кремле и смотрят по телевизору порнографию.

Не чужда авторам «Кукол» была и классическая готика – Гоголь, Гофман и Стивенсон с «Историей Джекила и Хайда». В начале января 2000 года Борис Ельцин – доктор Джекил – решает соорудить себе преемника научным путём. Он принимает зелье и превращается… Вы знаете, в кого.

Освоившись, преемник находит способ замуровать внутри себя «доктора Ельцина» и не реагирует на предложения выпустить создателя обратно: «Зачем нам доктор? Мы тут все здоровы. Здоровы, здоровы, здоровы…». Удивительно, но после этого «Куклы» продолжили выходить на НТВ, уйдя в бессрочный отпуск только в 2002 году.

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
Глеб Колондо

Автор:

Уважаемые читатели! Если вам нравится то, что мы делаем, то вы можете
стать патроном RR в Patreon или поддержать нас Вконтакте.
Или купите одежду с принтами RussoRosso - это тоже поддержка!

WordPress: 39.08MB | MySQL:110 | 1,213sec