«Пирсинг»: Сейчас мы услышим, как перерезают сухожилия

«Пирсинг», новая работа режиссера «Глаз моей матери» (2016) Николаса Пеше, впервые была показана на «Сандэнсе» в 2018 году, а теперь добралась и до российского проката. Разбираем плюсы и минусы этого садомазохистского триллера.


«Пирсинг» / Piercing (2018)

Режиссер: Николас Пеше
Сценарий: Николас Пеше по роману Рю Мураками
Оператор: Зак Галлер
Продюсеры: Антонио Кампос, Джош Монд, Джейкоб Вассерман и другие
Дистрибьютор в России: Cinema Prestige (в прокате с 3 января)


Рид — тихий мужчина, любящий муж и отец. Но вот уже много лет его терзает навязчивая идея вонзить в тело женщины нож для колки льда. Когда он оказывается с оружием в руках у кроватки новорожденной дочери, то понимает: пришло время воплощать фантазии в жизнь. Сообщив жене, что едет в командировку, Рид снимает номер в отеле, вызывает проститутку, сверяется со сценарием убийства и ждет.

Литературной основой для второго фильма Николаса Пеше стал одноименный роман Рю Мураками, которого любили называть enfant terrible японской литературы. Но Мураками — скорее agent provocateur: развращенный влиянием Америки (по словам самого писателя), он топит Токио в терактах и проституции, одним взмахом руки превращает хикки в героев, а рядовых сарариманов (и потенциальных читателей) — в убийц и фриков. В «Пирсинге» Мураками спаривает черную комедию положений со своими любимыми провокационно-социальными зарисовками.

Совсем иначе подходит к «Пирсингу» Пеше: для постановщика экранизация — это не развлечение, а упражнение. Вместо 1990-х в оригинале в фильме колонной многоэтажек высится конец 1970-х. Единожды выбрав стилистический курс, Пеше демонстрирует тягу к перфекционизму: каждая сцена и каждый переход вылизаны до металлического блеска. Маниакальное внимание к двум жилищам — номеру в отеле и напоминающей кукольный домик квартире проститутки Джеки — контрастирует с панорамой города, подозрительно похожей на картонные задники. Сюда же, к стилизации, относятся и желтые титры, и обязательная для 70-х надпись Feature Presentation на психоделическом фоне.

Пеше этого мало, и он ненароком заползает на территорию Тарантино, вместо оригинальной музыки вставляя итальянскую саундтрек-классику: Бруно Николаи («Красная королева убивает семь раз», 1972), Goblin («Кроваво-красное» (1975) и «Дрожь», 1982), Стельвио Чиприани («Щупальца», 1977), Пьеро Пиччони («Дама с камелиями 2000», 1969). Выглядит любопытно, но по-прежнему утилитарно. Скажем, в «Убить Билла» (2003, 2004) Тарантино выдавал искренне синефильское удовольствие, превращая чужие треки в саунд-эффекты (как случилось с темой Квинси Джонса из «Железной стороны», 1967). В «Пирсинге» же играющая на фоне поездки в такси знаменитая Profondo Rosso кажется в лучшем случае занятным техническим упражнением. Такая же ситуация и с разделением экрана — лишь одну сцену нельзя упрекнуть в отсутствии изобретательности, в которой Рид репетирует нападение и последующее расчленение своей жертвы. Он машет руками по воздуху, а звуки льющейся крови и скрежещущей по кости пилы создают комичное несоответствие между слышимым и видимым.

Однако камерные и структурированные локации фильма высекают лучшее из каста. Известный по инди-постановкам Кристофер Эбботт («Марта, Марси Мэй, Марлен» (2011), «Оно приходит ночью», 2017) обнажает талант первоклассного мима: язык тела, гримасы и в особенности глаза его персонажа рассказывают столько же, сколько и наркотический, построенный на флешбэках трип. Миа Васиковска («Выживут только любовники» (2013), «Звездная карта» (2014), «Багровый пик», 2015) выдает чуть ли не лучший свой перформанс: прошлое ее персонажа было безжалостно вырезано, поэтому актрисе приходится дополнять образ сложными многозначительными улыбками, напряженными позами и суетливыми действиями, то есть теми вещами, которые вряд ли прописаны в сценарии. Васиковска и Эббот настолько же хороши поодиночке, насколько гармонично смотрятся в одном кадре.

«Пирсинг» обладает сильным эффектом одного момента: сцены красиво прилажены друг к другу, концовка оставляет небольшое пространство для разговора за сигаретой, а удовольствие здесь и сейчас практически гарантировано. Однако трейлер к фильму помнится дольше, чем сама картина: ведь стоит лишь чуть-чуть повернуть работу Пеше, как становятся видно, что лучше всего она подходит для одноразового использования.

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
  • Tamerlan Shabanov

    В целом согласен с рецензией, но не понял одного : чем машинальное упражнение отличается от синефилии?

    • MaxBugulov

      Пеше, безусловно, синефил, но его привлекает не столько сама эпоха и её воспроизведение, сколько стилизация некоторых визуальных решений. Если провести грубую аналогию, то там, где Тарантино скупает винтаж и им обустраивает свою комнату, Пеше делает румбокс. Внимательно и аккуратно, но холодной и не дрожащей рукой. Механически, как работу.

WordPress: 12.41MB | MySQL:207 | 0,335sec