Том и Джерри встречают Франкенштейна: 15 мультфильмов с отсылками к фильмам ужасов

Монстр Франкенштейна, граф Дракула и прочие канонические хоррор-герои для отечественного зрителя хотя и стали гораздо ближе с распадом Советского Союза, но в известном смысле до сих пор «на новенького». То ли дело США, где они врастали в массовую культуру десятилетиями и сегодня встречаются всюду: и на шоколадках, и на школьных тетрадях, и в рекламе мыла, и даже в мультфильмах. «Черепашки-ниндзя», «Черный плащ», «Симпсоны», «Рик и Морти» — все они нет-нет да и предлагают отсылку к классическому киноужасному наследию. А бывает, что и к чему посовременнее: «Кошмару на улице Вязов» или даже «Паранормальному явлению». В этой подборке представлено 15 подобных аллюзий. На самом деле их, конечно, гораздо больше.


«Когда от ужаса дыбом шерсть» / Hair-Raising Hare
(реж. Чак Джонс, 1946)

В ходе одного из своих короткометражных приключений кролик Багз Банни попадает в готический замок, где встречается с безумным ученым, чьи внешность и голос были, очевидно, заимствованы у Петера Лорре, популярного актера триллеров и хорроров 1930–1960-х гг. Ученый напускает на кролика свое детище — монстра, похожего на гигантскую мохнатую валентинку. Спустя семь минут погони и среднего качества шуток Багзу удается улизнуть, а злодей остается ждать новых жертв.

К слову, это не первый мультик, в котором «снялся» Петер Лорре. За пять лет до встречи с Банни нарисованный Лорре появился в анимации «Голливуд отдыхает» (1941), где вместе с другими на тот момент известными актерами американского кино — в том числе Борисом Карлоффом в гриме чудовища Франкенштейна — проводил время в ресторане. Надо сказать, что ни в том, ни в другом мультфильме Лорре себя не озвучивал.

Читайте также: «Классическое» безумие Петера Лорре

«Доктор Джекилл и мистер Мышь» / Dr. Jekyll and Mr. Mouse
(реж. Джозеф Барбера, Уильям Ханна, 1947)

Все самые популярные голливудские хорроры первой половины XX века были сняты на студии Universal, но случалось, что и другим студиям удавалось внести значимую лепту. Так, «Доктор Джекилл и мистер Хайд» (1931), поставленный на Paramount, подражаний получил не многим меньше, чем тот же «Дракула» (1931). В качестве примера — мультфильм из серии «Том и Джерри», где мышонок, обычно обладающий добрым нравом, выпивает зелья, изготовленного в обстановке, подходящей фильму ужасов, после чего становится агрессивным силачом и устраивает Тому взбучку, а затем возвращается в исходное состояние. Но, как и доктор Джекилл, не может удержаться, чтобы снова не глотнуть напитка, высвобождающего худшие качества.

Впрочем, далее сюжет идет своим анимационным чередом: желая отомстить, зелье пьет уже Том, но из-за ошибки в приготовлении делается совсем крошечным и снова получает от мыши нагоняй. Эта серия получила номинацию на «Оскар» в категории «Лучший короткометражный фильм».

«Сумасшедшая вечеринка чудовищ» / Mad Monster Party
(реж. Джулз Басс, 1967)

Начиная с 1940-х в американской хоррор-индустрии наступила эпоха кроссоверов. Монстры стали появляться в фильмах сначала по двое («Франкенштейн встречает Человека-волка», 1943), а затем всей чудовищной братией («Дом Франкенштейна» (1944) и другие картины). Тенденцию подхватили авторы мультфильмов — и в 1967 году вышла полнометражка, бьющая все рекорды по количеству присутствующих в ней персонажей ужасов: Дракула, Франкенштейн и его создание, Человек-волк, Горбун из Нотр-Дама, Мумия, доктор Джекилл и мистер Хайд, Человек-невидимка… И это если не считать менее явных, но тоже вполне читаемых ссылок на Кинг-Конга и персонажей все того же Петера Лорре.

Сюжет фильма, увы, невнятен: монстры съезжаются в замок на вечеринку, где занимаются и тем и сем, а в целом — неизвестно чем, так что увлечься историей вряд ли получится. Но такой сумбур во многом искупает симпатичнейшая кукольная анимация, где Дракула — вылитый Бела Лугоши, а барон Франкенштейн и его Монстр — копии Бориса Карлоффа, который, кстати, озвучил похожего на него героя, что прибавило мультфильму хоррор-колорита.

Читайте также: С миру по Франкенштейну. Приключения одного архетипа

«Винсент» / Vincent
(реж. Тим Бёртон, 1982)

То, что Тим Бёртон — истовый почитатель культуры ужасов, давно ни для кого не секрет. Прямо или косвенно это отражается почти в каждой его ленте, а некоторые из них и вовсе настоящие развернутые оммажи любимым произведениям.

«Винсент» — история мальчишки по имени Винсент Малой, имеющего с режиссером немало общего: он зачитывается Эдгаром По и мечтает быть похожим на Винсента Прайса, актера фильмов ужасов 1950–60-х гг.

Мультфильм сам по себе одна большая стилистическая отсылка к хоррорам 1920–30-х гг., но имеются аллюзии и на конкретные картины: тени на стене, как в «Носферату» (1922), превращение дамы в восковую скульптуру, как в «Тайне музея восковых фигур» (1933) или «Музее восковых фигур» (1953), опыты с электричеством, как во «Франкенштейне» (1931). И, пожалуй, главное: текст от автора в ленте читает сам Прайс. Его участие позволяет предположить во множественных цитатах из произведений По отсылки к их экранизациям, в которых актер принимал участие: «Ворону» (1963) и другим.

«Скуби-Ду и упорный оборотень» / Scooby-Doo and the Reluctant Werewolf
(реж. Рэй Паттерсон, 1988)

Пожалуй, во всем мировом кино не сыскать персонажей, которые уложили на лопатки больше страшилищ, чем члены корпорации «Тайна», среди которых наиболее известны трусливые, но обаятельные обжоры: немецкий дог Скуби и его хозяин Шэгги. Мультсериал о приключениях «Тайны» делается с 1969 года. Понятно, что за почти полвека параллелей с монстрами из кино избежать было невозможно. То и дело на пути подростков встает очередной вампир в черном плаще или подводное диво, похожее на «Создание из черной лагуны» (1954).

Полнометражные мультфильмы о Скуби выходят с 1972 года и нередко представляют собой кроссоверы. Так, в «Скуби-Ду и упорном оборотне» Шэгги становится прямоходящим Человеком-волком — в духе ленты 1941 года, — которому предстоит участвовать в гонках с остальными классическими чудищами: Дракулой, созданием Франкенштейна, Мумией и прочими. Шэгги непременно должен одержать вверх, чтобы снять с себя проклятье, но монстры делают все, чтобы не дать ему выиграть, ибо мечтают навсегда заполучить его в свою монструозную команду.

Впрочем, бывает, что инфернальные создания настроены более дружелюбно. В полнометражке «Скуби-Ду и школа монстров» (1988) Шэгги, Скуби и его племянник Скрэппи получают работу в школе, где учатся дочери все тех же пресловутых персонажей. И хотя барышни довольно милы, нашим героям от них совсем не по себе. Ну а уж прибывшие навестить дочурок родители и вовсе нагоняют страху. Что, впрочем, не мешает троице прийти к ученицам на помощь и спасти их от злой ведьмы. Но после они все равно убегают из школы без оглядки.

«Атака 50-футовой Ирмы» / Attack of the 50-Foot Irma
(
реж. Билл Вульф, 1989)

Как известно, протагонисты сериала «Черепашки-ниндзя» — четверо добросердечных рептилий, являющихся, однако, настоящими мутантами. Поэтому совершенно естественно, что их авторы, обращаясь к ужасам, делают отсылки не к декоративной готике 1930-х, а к натуралистичной хоррор-фантастике 1950-х, где впервые стала разрабатываться тема страха перед прогрессом и его последствиями: радиацией, мутацией и прочими «радостями» науки.

Одна из серий второго сезона уже названием отсылает к некогда популярному фильму «Атака 50-футовой женщины» (1958), хотя ее фабула скорее напоминает вышедшую годом ранее ленту «Невероятно огромный человек» (1957). Коллега подруги черепах Эйприл, Ирма Лангенштейн, по воле случая становится жертвой увеличивающих лучей — и скоро по городу начинает прохаживаться грандиозных размеров дама, нарушающая общественный порядок и проливающая по поводу своего большого во всех смыслах горя огромные слезы. Но, конечно, в отличие от фильма, все кончается хорошо: Ирма излечивается, попутно избавляясь от комплекса по поводу своего низкого роста.

Еще одна явная аллюзия к пугающему сайфаю во вселенной черепах — Бакстер Стокман, ученый, которому не повезло превратиться Человека-муху, почти такого же (да и почти таким же способом), как в «Мухе» (1958), успешно «ремейкнутой» Дэвидом Кроненбергом в 1986 году. В отличие от кинопрототипа, став насекомым, Бакстер не гибнет, продолжая время от времени возвращаться с целью захватить мир. Но, разумеется, неизменно получает от черепах порцию жареных гвоздей.

«Кошмар на картофельном поле» / Night of the Living Spud
(реж. Тэд Стоунс, Алан Заслов, 1991)

Нельзя сказать, что данная серия «Черного плаща» ссылается на какой-то конкретный хоррор. Разве что ее оригинальное название напоминает про «Ночь живых мертвецов» (1968) Джорджа Ромеро. В целом же мультик скорее компиляция из клише дешевых фильмов ужасов, впечатление от просмотра посредственных темных лент, выраженное в короткометражной «темной» комедии.

Человек-растение Бушрут решает создать себе невесту из цветочной пыльцы, но путает пыльцу с крахмалом, в результате чего на свет рождается гигантская картофелина-вампир, которая вскоре сбегает от Бушрута. И тут за дело приходится взяться Черному плащу и его дочери Гусёне, которая обожает фильмы ужасов, в то время как ее отец упрямо не верит в мистическое («Ученые иногда превращаются в растения, но картошка-вампир — это даже смешно!»). Но, столкнувшись с шофером грузовика Дуэйном, перевозящим замороженных инопланетянок, командой реднеков, желающих вогнать Черному плащу в сердце осиновый кол и, наконец, самой картофелиной, «ужас, летящий на крыльях ночи» понемногу отказывается от позитивизма, в духе готических историй раскрывая душу иррациональному. Финал также исполнен «в духе»: когда кажется, что гибели не миновать, находится решение, простое до комической нелепости. Но в эпилоге зрителю, разумеется, дадут понять: возможно, картошка еще вернется.

«МакВульфенштейн возвращается» / McWolfenstein Returns
(автор сценария Джим Райан, 1993)

В 1990-е, чтобы оживить интерес к своим классическим персонажам, аниматоры Уильям Ханна и Джозеф Барбера спродюсировали мультсериал «Том и Джерри в детстве» (1990–1993), в котором повествуется о приключениях кота и мыши, когда они были маленькими. Помимо смены возраста героев значительным нововведением стала интеграция в проект «приглашенных звезд»: меланхоличного пса Друпи из анимации студии MGM и эксцентричного Волка из мультфильма «Классная красная шапочка» (1943). Всегда выступая антагонистом Друпи, Волк иногда появляется в мультфильмах как бы образе. Одно из его повторяющихся амплуа — доктор МакВульфенштейн, создавший в декорациях а-ля «Франкештейн» карлоффообразного монстра.

Серия «МакВульфинштейн возвращается» наиболее примечательна своим хоррор-бэкграундом. В ней безумный ученый и его создание ссорятся и МакВульфинштейн выгоняет свое детище на улицу. Тем временем Друпи, стилизованный в этой серии под Альфреда Хичкока, ищет актера для очередного фильма. Встретив ставшее бездомным создание, он тот час делает из него звезду. Увидев новоиспеченного актера по телевизору, МакВульфинштейн приходит в бешенство и стремится во что бы то ни стало вернуть блудного монстра. Тем временем цитирование достигает пика: чудище снимается в сцене в душе из фильма «Психо» (1960), причем в роли, которую в оригинале исполняла Джанет Ли. Безумный ученый пытается сорвать съемки, но терпит неудачу. Но какие ж «Том и Джерри» без хеппи-энда? Узрев в нем потенциал комического неудачника, Друпи-Хич дает МакВульфенштейну комедийную роль — и психопат от мира науки тоже становится кинозвездой.

«Я был подростком Гэри» / I Was a Teenage Gary
(реж. Эдгар Ларразабал, 1999)

В 1950-х студия American International Pictures, специализирующаяся на низкобюджетном кино, решила адаптировать для молодежной аудитории классические хоррор-мифы, выпустив фильмы «Я был тинейджером-оборотнем» (1957) и «Я был подростком-Франкенштейном» (1957). Сняты ленты были из рук вон плохо, но успех имели грандиозный, мгновенно став сегментом массового сознания и породив ряд подражаний самого разного толка. В 1965-м молодой Стивен Кинг написал рассказ «Я был подростком, грабившим могилы». И анимация тоже не осталась в стороне.

В основе серии «Губки Боба», аналогичной по строю заголовка, лежит история, вполне соответствующая духу «Тинейджера-оборотня». И там и там содержится страх перед медициной: в фильме причиной оборотничества становится страсть доктора к экспериментам, а в мультике все случается из-за трусости врача, отказавшегося делать Гэри укол от «улиточной недостаточности». Так что Губке Бобу приходится браться за дело самому — и в результате шприц с вакциной оказывается у него в носу. Кроме того, ликантропия раскрывает сущность героев: парень-бунтарь, как персонажи Джеймса Дина, превращается в зверя, а инфантил Боб уподобляется мурлыке Гэри и в конце серии не без удовольствия распевает с ним песни, сидя на заборе. В общем, каждому свое. Неизменны лишь страдания, выпадающие на долю окружающих: оборотень устраивает погромы в своем городке, а Боб делает из соседа Сквидварда еще одну улитку.

«Уоллес и Громит: Проклятие кролика-оборотня» / The Curse of the Were-Rabbit
(реж. Стив Бокс, Ник Парк, 2005)

Принадлежность «Кинг Конга» (1933) и его продолжений к ужасам часто вызывает споры. Но благодаря наличию в сюжете формальных признаков жанра (кровожадного монстра и визжащей от страха барышни) упоминание этих лент в контексте хоррора выглядит закономерным. Одна из наиболее популярных сцен, имеющаяся практически в каждом «Конге», — обезьяна с девушкой лезет на небоскреб, а их атакуют самолеты — была процитирована неоднократно. И в анимации в том числе: начиная с короткометражки Диснея «Зоомагазин» (1933), где Микки Маусу пришлось иметь дело со сбежавшей гориллой, и заканчивая одной из серий «Пингвинов из Мадагаскара» (2008–2015), где в роли Конга выступила одичавшая выдра, а пингвины рулили игрушечными самолетиками. В 2005-м процитировать эту сцену решил Ник Парк, автор популярных героев Уоллеса и Громита.

Казалось бы, название мультфильма готовит к аллюзиям на ленты про оборотней, но, если не считать пары-тройки клише, фанатам людей-волков здесь ловить нечего. Зато, когда на экране во всей красе предстает гигантский кролик и начинает колотить себя кулаками в грудь, ассоциация с Конгом возникает моментально. А уж когда, прихватив с собой импонирующую ему леди, кролик лезет на крышу ее имения, а Громит, прыгнув в самолет, устремляется на помощь, все становится совершенно прозрачно. В завершении сцены кролик, словно Конг, традиционно падает с крыши, после чего можно наблюдать драматические кадры с поверженным гигантом в духе оригинала. Но в конечном счете, вопреки канону, нас все-таки ждет очередной счастливый конец.

«Игорь» / Igor
(реж. Тони Леондис, 2008)

Обычай, согласно которому каждый безумный ученый из ужастика обязан иметь глуповатого прихвостня с горбом на спине, был заложен еще во «Франкенштейне», где на периферии мелькал скособоченный человечек по имени Фриц. Но окончательно герой утвердился в жанре после «Сына Франкенштейна» (1939), где поднялся до одного из основных персонажей, а также получил ставшее частью канона имя Игорь.

В мультфильме Тони Леондиса рассказывается о мире, жители которого поделены на две касты — злобных ученых и Игорей, которым нельзя делать ничего, кроме как прислуживать первой касте, произнося одну и ту же фразу: «Да, хозяин». Однако среди горбунов обнаруживается один не такой, как все: он талантливей своего ученого и не хуже, чем тот, способен создавать монстров из неживой плоти. Когда в результате несчастного случая его хозяин погибает, необычный Игорь решает занять его место и соорудить чудовище, чтоб затем представить его на ежегодной выставке изобретений и отстоять право горбунов на свободное существование. В результате этих действий запускается цепь приключений, которая приводит к реформациями в мире, построенном на эксплуатации человека человеком. Стало быть, ура, Игорь, слава тебе и твоему горбатому классу. Руки прочь от Вьетнама и свободу Анджеле Дэвис.

«В случае убийства наберите “М” или нажмите “#” для возврата в главное меню» / Dial «M» for Murder or Press «#» to Return to Main Menu
(реж. Майк Б. Андерсон, Мэттью Шофилд, 2009)

Начиная с 1990 года создатели «Симпсонов» каждый октябрь готовят специальный хеллоуинский выпуск, состоящий из нескольких новелл мистического или фантастического плана, как правило, сюжетно не связанных друг с другом. Эти серии, выходящие под заголовком «Домик ужасов на дереве», буквально сочатся аллюзиями на фильмы соответствующих жанров: они тут и в деталях, и в заглавиях серий, а иногда составляют основу целого сюжета. Причем за образец берется как редкая классика вроде немой ленты «Голем» (1915, выпуск XVII) или некогда скандальных «Уродцев» (1932, выпуск XXIV), так и не совсем старые, нечасто цитируемые фильмы вроде «Ужаса Амитивилля» (1979, выпуск I) или «Я знаю, что вы сделали прошлым летом» (1997, выпуск X).

В одной из историй XXIII «Домика» цитируется «Паранормальное явление» — актуальная лента не только по дате выхода, но и по манере съемки (мокьюментари). Несмотря на наличие в новелле всех формальных составляющих оригинала, мультик получился натужным: ссылки быстро исчерпывают себя и в кадре возникает карикатурный демон, похожий на Мо Сизлака. А шутки не столько иронически обыгрывают первоисточник, сколько выдают отсутствие подлинного интереса создателей к объекту цитирования. Классика им явно ближе: первый эпизод «Домика» номер XX — подлинное синефильское пиршество. Его заголовок цитирует «В случае убийства набирайте “М”» (1954), фабула — «Незнакомцев в поезде» (1951), а сама новелла пунктиром проходится по другим известным фильмам Хичкока, при этом старясь соблюдать его манеру съемки: ракурсы, монтаж и т. д.

Интересен и вступительной ролик к «Домику»: чудовище Франкенштейна, Дракула, Мумия и Человек-волк отправляются на Хеллоуин, но там их высмеивают за старомодность. Тогда монстры идут в магазин, где наряжаются в более актуальных сегодня персонажей: Губку Боба, Железного человека, Гарри Поттера и Джека Воробья.

«Франкенвини» / Frankenweenie
(реж. Тим Бёртон, 2012)

В этом авторемейке Тима Бёртона (оригинальную неанимационную короткометражку он снял в 1984 году) отсылок столько, что только успевай загибать пальцы. Помимо «Франкенштейна» (на которого сделана главная формо- и сюжетообразующая аллюзия) режиссер не устает напоминать и о других, едва ли менее известных фильмах. Один из соучеников главного героя, японец по имени Такеши, в ходе эксперимента создает гигантскую чудовищную черепаху, что отсылает к японским кайдзю и в первую очередь, конечно, к Годзилле. Ее уничтожают в местечке с аттракционами, как и динозавра из «Чудовища с глубины 20 000 саженей» (1953). Другой школьник ненароком дает жизнь армии маленьких злобных существ а-ля герои «Гремлинов» (1984). У третьего, правда, творение не отсылает к фильмам, зато сам он ну вылитый молодой Борис Карлофф, в то время как низкорослый мальчик — собирательный образ горбуна Игоря, а учитель физики скопирован с Винсента Прайса.

Родители Виктора смотрят вечером по телевизору «Ужас Дракулы» (1958) с Кристофером Ли, а сын снимает любительский фильм ужасов с птицей-монстром, как в «Гигантском когте» (1957). Не гнушается Бёртон и ссылками на свои произведения: визуально многие герои и декорации копируют старого «Франкенвини», а крыса-чудовище, созданная горбуном, похожа на собаку-зомби из «Винсента». Словом, перечислять можно бесконечно: аллюзии и цитаты в этом мультфильме составляют одно из его главных достоинств. Но это в своем роде и недостаток: тем, кто не видел хотя бы «Франкенштейна», работа Бёртона вряд ли доставит особенное удовольствие.

«Монстры на каникулах» / Hotel Transylvania
(реж. Дженнди
Тартаковски, 2012)

Еще один кроссовер, объединивший старинных страшилищ, но на сей раз с расчетом на очевидно детскую аудиторию. Дракула и компания «омимимишились» до предела: они больше никого не пугают, зато постоянно валяют дурака, сюсюкаются друг с другом и народившимися детьми: граф обзавелся дочкой, а оборотень — целым выводком непоседливых волчат. Единственный минус их развеселой жизни заключается в страхе перед людьми, от которого они, правда, избавляются, узнав, что человечество видит в них не врагов, а кинозвезд и не прочь понаделать с любимцами селфи.

Специально для потенциальных зрителей драматургия мультика строится на конфликте отцов и детей, который, впрочем, разрешается без особого драматизма. Все-таки перед нами семейная комедия, где монстры эксплуатируются в качестве хоррор-декораций, придающих ленте ретро-живописности, но в сущности не содержащих и крупиц чудовищности. Так что ни о накале, ни о мурашках по коже нет речи — жуйте попкорн и наслаждайтесь мельканием разноцветных картинок.

Если попытаться поговорить о плюсах, можно отметить присутствие на втором плане персонажей, которых редко встретишь в цитатах анимации: разумной желеобразной массы из «Капли» (1958) и глазастых мозгов из «Мозга с планеты Ароус» (1957). Но погоды это, увы, не делает.

«Пес-газонокосильщик» / Lawnmower Dog
(реж. Джон Райс, 2013)

Путешествуя по снам учителя математики, тем самым пародируя «Начало» (2010) Нолана и даже не пытаясь это скрыть («Это как «Начало», Морти. Если все запутано и тупо, этот фильм сразу всем нравится»), архипопулярные сегодня Рик и Морти, которые сами по себе аллюзия на Дока и Марти из «Назад в будущее» (1985), встречают самого известного скитальца по ночным грезам Фредди Крюгера, замаскированного под Страшного Тэрри — опять же без попыток сделать вид, что цитаты не было («Похоже на какую-то легально существующую подделку персонажей из фильмов ужасов 1980-х с миниатюрными мечами на пальцах вместо ножей!»). Далее следует игра с клише из ужастиков, причем довольно остроумная: после очередного вопля Тэрри («Вы можете бежать, но вам не спрятаться!») Рик предлагает Морти сделать ровно наоборот. И затем в течение шести часов Тэрри не может отыскать героев, укрывшихся прямо у него под носом.

Параллельно с линей о снах развивается история с псом, которому механически усилили интеллект, что вкупе с названием отсылает к фильму «Газонокосильщик» (1992). Аллюзии можно искать еще и еще, но сами авторы высмеивают такие попытки: когда в финале серии Джерри говорит, что все это напоминает ему концовку «Старого Брехуна» (1957), жена не без сарказма интересуется: «Ты так решил, потому что в этом фильме были собаки?» То есть здесь речь идет о постмодернистском пространстве: все, что нас окружает, одновременно является и цитатой, и, пройдя через сознание человека, самостоятельным авторским объектом. Дельнейшая мысль и огромный плюс мультфильма. И это помимо того, что все задействованные в нем отсылки применены не как самоцель, а как средство для ее достижения. И в формальной оригинальности ему не откажешь: сегменты фильмов сплетаются причудливо и переосмысляются иронично и свежо. Везде бы так.


Читайте также:

10 анимационных кошмаров из Австралии, Великобритании, Ирландии и США
10 странных и жестоких аниме-короткометражек
На светлой стороне хоррора: 10 звезд ужасов, пробовавших себя в других киножанрах
Кино про кино: 5 байопиков о хоррор-кинематографистах

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
  • Nicolodi’s Banana Springs

    Ого!

WordPress: 14.47MB | MySQL:205 | 0,982sec