ОТЦА СИДНИ ЕЩЕ НЕ НАШЛИ? К 20-ЛЕТИЮ КУЛЬТОВОЙ ФРАНШИЗЫ «КРИК»

*голосом Кейси Аффлека*

В августе 1990 года небольшой городок Гейнсвилл содрогнулся до основания, а вместе с ним – и вся Америка: неизвестный жестоко убил пятерых подростков. Разумеется, эти события активно освещались в СМИ, и за охотой на серийного убийцу через телевизор следила вся страна. В этом же году Гейнсвиллский Потрошитель (в миру – Дэнни Роллинг) был пойман и осужден. Как это водится в Штатах, обещанной смертной казни маньяку пришлось ждать долго – целых 16 лет. *уход в черное*

*голосом Майкла Уинкотта*

После бурных 80-х хорроры ждал серьезный спад. В MPAA вместо людей сидели настоящие церберы: для получения рейтинга R приходилось большую часть ужасов оставлять на полу монтажной, а PG-13 получали в основном номинальные ужасы для ТВ. Ассортимент хорроров в кинотеатрах не радовал зрителя разнообразием, а отдельные поджанры вроде зомби-фликов и вовсе приказали долго жить. Несмотря на ряд шедевров, 90-е были по-настоящему темным для жанра периодом. *уход в черное*.

Ближе к середине десятилетия молодой да ранний сценарист Кевин Уильямсон сидел без работы. Ничто, знаете ли, так не подстегивает организм к писательству, как отсутствие денег, и Кевин полностью подтвердил сей тезис. Уильямсон был большим поклонником фильмов вроде «Пятницы, 13-е» и «Хэллоуина», и ему пришла в голову идея сделать постмодернистский слэшер, отвечающий современным реалиям и высмеивающий канонический идиотизм жанра. Источником вдохновения послужил Гейнсвиллский Потрошитель, который проникал в жилища своих жертв, пока те спали или еще не вернулись домой. В рукописи, озаглавленной как Scary Movie, Уильямсон оставил несколько заметок с расчетом на продолжение, что, по его мнению, должно было повысить ликвидность сценария. Парень не просчитался: сразу несколько студий заинтересовались идеей, а сценарий в итоге достался компании Miramax. Кевину отвалили 400 кусков за рукопись и предложили контракт на два сиквела плюс еще один не связанный с франшизой фильм (которым стал «Факультет» Роберта Родригеса).

На эту картину студия возлагала большие надежды, но даже ушлые братья Вайнштейны вряд ли могли предугадать, какой след оставит фильм в мировой поп-культуре.

КАКОЙ ТВОЙ ЛЮБИМЫЙ УЖАСТИК?


Для реализации постмодернистско-всезнайской задумки Уильямсона требовался режиссер, который мог взглянуть на жанр с иронией и без оглядки на привычные каноны. После недолгих обсуждений место в кресле получил идеальный кандидат — Уэс Крэйвен. Когда-то он успешно отошел от канона в культовейшем «Кошмаре на улице Вязов», показав, что маньяк в слэшере может не только молча идти напролом, спрятавшись за маской, но и выдавать one-liner’ы пачками. А снятая двумя годами ранее (в 94-м) заключительная часть «Кошмара», несмотря на достаточно кислые сборы, обнажила потенциал Крэйвена на ниве постмодернизма.

Для тех, кто девяностые и нулевые провел в гибернации или случайно попал на сайт в поисках продукции студии Марка Дорселя, напоминаем сюжет. В канун Хэллоуина в небольшом городке объективно нехороший человек в черном балахоне и маске призрака повадился звонить подросткам домой и устраивать устную контрольную на знание хорроров, перетекающую в поножовщину со смертельным для тинейджеров исходом. Город в панике, полиция разводит руками, повсюду снуют журналисты, а в центре этого хаоса — Сидни Прескотт, которую маньяк оделяет особым вниманием.

Главная проблема возникла на постпродакшне: MPAA, о состоянии которой упомянуто выше, влепила фильму рейтинг NC-17, что не позволяло прокатывать фильм в кинотеатрах. Восемь раз старина Уэс резал «Крик», и восемь раз комиссия возвращала картину назад с непотребным рейтингом. Не выдержав саспенса, Крэйвен наябедничал продюсерам, после чего в MPAA лично приехал Боб Вайнштейн и живенько все уладил.

После получения вожделенной буковки оставалось лишь назначить дату первого показа. Лихой Боб выкатил премьеру по всей стране 20 декабря (лишь Лос-Анджелес смог посмотреть кино на два дня раньше). Такой ход был, мягко говоря, неформатным: в рождественский уикенд в США показывают сплошь семейные фильмы, ибо праздник же! А Вайнштейн решил, что тоскующей по хоррорам молодежи в это время все равно нечего смотреть, поэтому она валом повалит на то, что дают. Сборы в 103 с лишним миллиона доказали коммерческую хватку владельцев Miramax. Но за счет чего такая цифра? Не только же из-за жанрового безрыбья?

<
>

Сразу даже и не знаешь, за какую фишку «Крика» хвататься! Начнем с самой заметной: главные герои фильма — современные насмотренные чуваки. Они видели всю классику и знают, что, если в два часа ночи какой-то хрен в маске высаживает входную дверь, не надо вопрошать «кто там?» — даже риторически. Эти парни и девчонки секут расклад про секс и наркотики, final girl, «я сейчас вернусь» и прочее. Короче, они в курсе, как выжить в фильме ужасов. Правда, помогли им эти знания не слишком, зато наблюдать за (условно) живыми персонажами гораздо интереснее, чем за классическими манекенами для расчленения. Причем фильм одинаково хорошо воспринимается как хоррор-гиками, которые смотрели абсолютно все, что упомянуто в «Крике», так и остальной частью аудитории (например, девушками, которые пришли посмотреть на Дрю Бэрримор и Монику из «Друзей»).

Кстати, отсылок в фильме столько, что замучаешься перечислять. Давайте хотя бы попробуем: «Хэллоуин», «Пятница, 13-е», «Суспирия», «Кэрри», «Когда звонит незнакомец», «Психо», «Молчание ягнят», «Город, который боялся заката», «Школьный бал», «Изгоняющий дьявола» (включая камео Линды Блэр), «Все верные ходы» (фильм с Томом Крузом, где можно увидеть его член, если вовремя нажать на паузу), «Основной инстинкт», «Кэндимен», «Вой», «Зловещие мертвецы», «Восставший из ада», «Туман», «Поезд страха», «Инопланетянин», «Я плюю на ваши могилы», «Поменяться местами» (разговор про сиськи Джейми Ли Кёртис), «Техасская резня бензопилой», «Бестолковые», «Дурная кровь», «Каспер» и даже «Винтовая лестница».

Еще одна фишка: на самых первых кадрах зритель видит Дрю Бэрримор — известную, даже звездную актрису. И через пять минут ее убивают, еще до титров! Такого поворота зритель не ожидает, а после серии твистов уже даже и не подумывает о том, чтобы вычислять убийцу. Кстати, Джанет Ли в «Психо» тоже умирает достаточно рано, да кто ж про это помнит…

«Крик» держался в прокате аж восемь месяцев, попутно запустив тренд на то, что в Русланде тавтологично именуют «молодежным слэшером». Подразумевается под этим бескровный слэшер, где в отсутствие стильных убийств во главу угла ставится личность маньяка, коим может оказаться любой. И через год компания с экзотическим названием Mandalay по сценарию того же Уильямсона выпустила свой «Крик» с утопленником и Дженнифер Лав Хьюитт. Но это уже другая история.

«СИКВЕЛЫ – ОТСТОЙ» © РЭНДИ


Как только «Крик» заявил о своей финансовой состоятельности (примерно после четырех недель проката), братья Вайнштейны дали добро на продолжение. Главными темами стали стеб над сиквелами (опять постмодернизм) и влияние насилия в кино на среднюю температуру по больнице.

Характерная особенность практически всех хоррор-сиквелов — больше трупов, изощренней убийства. С первым пунктом Уильямсон справился без проблем: десять жмуриков во второй части против семи из оригинала. А вот приток кровушки не сказать чтобы получился особенно ощутимым.

Первая часть не баловала хоррор-маньяков ни фансервисом (в простонародье — сиськами), ни какой-либо расчлененкой. Причем оба пункта — это канон, без которого и слэшер не слэшер. Когда во второй части Рэнди рассуждает о сиквелах, ожидаешь, что тут-то и полетят отрубленные пальцы, повылезают стрелы из горла, а ножи будут резать яремные вены исключительно крупным планом. Пустые надежды. На проект выделили еще меньше бутафорской крови, чем на первую часть.

<
>

У сиквелов к хоррорам есть еще две особенности. Во-первых, в продолжении нужно обязательно перебить всех, кто остался в добром здравии после первой части. Тут Уильямсон с Крэйвеном сделали финт ушами, отдав на откуп традиции умницу Рэнди, а любимчиков публики Гейл и Дьюи оставили до самого конца франшизы (Нив Кэмпбелл сразу выносим за скобки, ибо она final girl). С одной стороны, неожиданно: обычно в хоррорах вырезают всю шайку-лейку, а выживает лишь девушка, ну, на худой конец, завалящий бойфренд. С другой стороны, ни к чему потрошить персонажей, на которых потом пойдет зритель: бизнес есть бизнес.

Другая фича: убийцей может быть кто угодно. Классические франшизы (не только слэшеры, но и хорроры вообще) строились вокруг образных антагонистов: Майерс, Вурхиз, Хьюитт/Сойер, Крюгер, Пинхед, Лепрекон, Виктор Кроули… Злодей «Крика» — это костюм, под которым каждый раз оказывается новый персонаж. Оригинал, искусно танцуя твист, использовал сразу двух антагонистов, чего зритель, привыкший к концепции the-one-and-only, никак не ожидал. Сиквел пошел еще дальше, дважды воспользовавшись одним и тем же шаблоном, и привлек, ко всему прочему, персонажа, который редко маячит в кадре и чей мотив зрителю ну никак не может быть известен. Это не очень честно (Агата Кристи погрозила бы пальчиком), зато эффектно.

Окей, твисты на месте, стеб над сиквелами есть, но во всем остальном это тот же самый «Крик», так? Не совсем. Зритель, идя в кинотеатр на знакомую вывеску, желает видеть заранее известный набор триггеров, но откровенного топтания на месте он не любит. И Уильямсон, и Крэйвен об этом наслышаны, поэтому «Крик 2» получил несколько собственных фирменных приемов. Нумеро уно — первое убийство в кинотеатре. До этого террору подвергались жители небольшого городка, где все друг друга знают: эмпатия возникает, но все уже привыкли, что «мой дом — моя крепость» — скорее красивая старомодная фраза, нежели объективная реальность. А тут двойное убийство в кинотеатре, и месседж nobody’s safe сразу дает надпочечникам сигналы, в содержании которых ошибиться невозможно. Нумеро дос — «Удар ножом» (Stab). Реализация приема «фильм в фильме» дополнительно усложняет и структуру, и наполнение вселенной кинофраншизы. Не говоря уж об огромном зеленом поле для шуток над бабулиными причитаниями о насилии в кино. И нумеро трес — увеличилось количество стеба. Теперь бомбардировке подвергаются не только хорроры, а всё подряд. Например, свежий на момент показа скандал с фотками обнаженной Кортни Кокс обсуждается прямо в кадре, да еще и с отсылкой к «Друзьям». Сцены для «Удара ножом» — не халтурка какого-нибудь second unit director, а работа Роберта Родригеса (что называется, fun fact). Или классическая шутка: в оригинале Татум спрашивает Сидни, кого возьмут на ее роль, если будут снимать кино. «Тори Спеллинг, если повезет», — отвечает персонаж Нив Кэмпбелл. Угадайте, кто играет Сидни в Stab? И такого добра — полный сиквел.

Фильм снова собрал фулл хаус в бокс-офисе: бюджет увеличился всего на десятку, а принес Вайнштейнам на какой-то миллион меньше, чем в прошлый раз (172 с лишним миллиона вечнозеленых). Но не обошлось и без негатива. Спустя год после выхода второго «Крика» пошли отголоски славы — те самые, которые высмеивались в фильме. В калифорнийском захолустье под названием Линвуд некую Риту Кастилло зарезал родной сынок вместе с племянником. Шериф и соседи в один голос прокудахтали, что недоросль вдохновили, науськали и подсказали, как лучше всего убийство провернуть, фильмы Крэйвена. Пришлось даже определить специально обученного человека из Dimension Films (саблейбл Miramax, принадлежащий вездесущим Вайнштейнам), чтобы тот проговорил прописные истины.

НАСИЛЬСТВЕННАЯ РЕАКЦИЯ


Триквел «Крика» получился самым слабым во всей франшизе. Но не потому что создатели забили, а под влиянием внешних обстоятельств. Уильямсон стал очень востребованным сценаристом и параллельно пробовал силы в других аспектах кинопроизводства: в продюсировании и режиссуре. Поэтому когда дело дошло до сценария к третьему «Крику», он ограничился лишь рядом заметок, которые вручил продюсерам. Те, в свою очередь, отдали наработки Эрену Крюгеру. Уильямсон собирался классически закольцевать историю, вернув лейтмотив к его истокам — в Вудсборо, где гоустфэйс(ы) прополол(и) бы генофонд нового поколения молодежи.

Но этим планам не дано было осуществиться. В апреле 1999 года ученики школы «Колумбайн» Эрик Харрис и Дилан Клиболд обессмертили название своего учебного учреждения, расстреляв 15 человек, включая себя любимых, заодно катализировав активность рейтинговых комиссий в отношении фильмов и видеоигр. За последние больше всех отдувался Doom, а в индустрии кино везде быстро и решительно повырезали всю кровищу от греха подальше. Продюсеры «Крика» сигнализировали Крюгеру, что школу, мол, не трогай. Крюгер все понял и перенес место действия на «Фабрику грез», нашпиговав сценарий гэгами про внутриголливудскую кухню и множеством камео: досталось и Джею с Молчаливым Бобом, и принцессе Лее. Не обошлось и без самоиронии: актеры, задействованные в «Ударе ножом», неоднократно жаловались на постоянно переписываемый сценарий, что, собственно, происходило и со сценарием триквела. Отдельной магией обладает сцена, где Сидни попадает в декорации своего дома в Вудсборо, — вот это действительно эффектно, и, возможно, ради такого стоило городить голливудский огород.

<
>

Еще одним плюсом «Крику 3» можно записать заметно потяжелевший саундтрек. В предыдущих картинах парадом правила совсем легонькая альтернатива пополам с поп-роком, хип-хопом (во второй части) и Ником Кейвом. В триквеле меломанов развлекает достаточно серьезный ню-метал (Slipknot, Static-X, Dope, Powerman 5000, Coal Chamber) и плотный постгранж (Creed, Staind).

Однако полностью вывезти картину на киношуточках и саундтреке не удалось. Если раньше «Крик» достаточно остроумно высмеивал хорроры и их продолжения, то теперь сам превратился в объект собственного стеба. Он стал неповоротливым, обросшим излишними клише и откровенно затянутым. Твисты расписаны, но почему-то не работают: к концу уже абсолютно все равно, кто окажется под маской гоустфейса: Милтон, Роман или шимпанзе из «Джей и Молчаливый Боб наносят ответный удар».

При крышесносном для хоррора бюджете в 40 миллионов американских денег (плюс еще 20 с лишним на рекламу) «Крик 3» собрал по Америке всего 89, добрав в мировом прокате до 161. Продюсерам, конечно, на хлеб хватило, но звоночек уже прозвенел: былых прибылей можно не ждать. И франшиза застыла в виде трилогии. До поры.

4 – ЧИСЛО СМЕРТИ


Спустя десять лет у братьев Вайнштейнов вновь зачесались лапы, и на свет божий достали самую успешную мирамаксовскую франшизу. Как выяснилось, лапы чесались не у них одних: к квадриквелу присоединились все оригинальные актеры (которые остались в живых, разумеется), а также Уильямсон и Крэйвен. Видимо, создатели соскучились по вселенной, ибо сатирический угар по своей неприкрытости, кажется, затмевает три предыдущие части. Да и MPAA, ко всему прочему, раздвинула грани дозволенного в рамках рейтинга R, и Крэйвен мог с чистой совестью являть зрителю gore, как это и подобает слэшерам.

С первых кадров сшибает чистейшая рекурсия: фильм в фильме в еще одном фильме (тут нужна картинка с улыбающимся Чаком Палаником, показывающим большой палец). И подобный настрой «Крик 4» держит более-менее весь хронометраж! В деталях картину даже заносит на поворотах как тяжелый заднеприводный мускулкар: помощника шерифа играет Энтони Андерсон, хорошо известный зрителю по ролям в пародийной франшизе «Очень страшное кино» (третья и четвертая части), которая фактически выросла из стеба над «Криком». Если бы позвали Шона Уэйанса, был бы уже перебор: стеб над стебом, стебущимся над фильмом, главной фишкой которого был стеб над жанром (если вы осилили это предложение и продолжили чтение, то требуйте у редакторов эксклюзивную коллекцию картинок из хорроров «на случай важных переговоров»).

<
>

Вместе с иронией и самоиронией («это устарело еще в 96-м!»), которые всегда были визитной карточкой серии, в новую часть пролезло ворчание старой школы: Уильямсон включил дедушку Ромеро и проехался по современной молодежи. Поэтому в кадре постоянно поминаются ютуб, фейсбук, уютненькие бложики и стриминги — ни дать ни взять брюзжание из «Дневников мертвецов». Заодно устами младенца создатели выражают свое фи (шуточный подкол или правда-матка — доподлинно неизвестно) по отношению к современным хоррорам (растягивая гласные): «”Пила 4” — отстой, не страшно, а противно».

Несмотря на динамику и наличие крови, кино не лишено шероховатостей: второстепенные персонажи страдают алогизмом, как в классических образчиках слэшеров, а антагонист впадает в чисто джеймсбондовскую логорею, с яркой интонацией и блеском в глазах рассказывая, ради чего затеяны все убийства. Билли Лумис из оригинала на этой стезе был гораздо убедительнее! Тем не менее в общем и целом у Крэйвена вышел отличный фильм — и как у представителя поджанра, и в контексте франшизы.

Однако не всем понравился подобный иронический аттракцион. При затратах на производство в 40 миллионов долларов квадриквел чудовищно провалился в американском прокате, даже не отбив бюджет. Общие сборы составили порядка 97 миллионов, но еще до смерти Крэйвена стало очевидно, что «Крик 4» — это последняя часть франшизы (если, конечно, не превратить ее в полуболгарский чад кутежа на манер «Восставшего из ада»). И это вовсе не ре-минор: всегда лучше закончить бодрым пауэр-аккордом, нежели панихидой на расстроенном органе.

NO THANKS WHATSOEVER TO THE SANTA ROSA CITY SCHOOL DISTRICT GOVERNING BOARD

А вот тут пойдут чудовищные в своей громоздкости штампы. Готовы? Значимость наследия кинофраншизы и ее культурное влияние сложно переоценить. Гоустфейс встал в один ряд с самыми узнаваемыми и культовыми вымышленными маньяками всех времен, и это при том, что под маской потело более полудюжины различных персонажей. А фраза «Какой твой любимый ужастик?», произнесенная сдавленным голосом, ушла в народ и едва ли когда-либо вернется.

Игнорируя досужие споры, можно смело заявить, что «Крик» — самый кассовый слэшер, когда-любо снятый на пленку или цифру (во всяком случае, пока).

Корни множества современных постпостмодернистских киноприемов растут из обсуждаемой франшизы. Не то чтобы подобного никто не делал раньше. Просто слэшер с фигой в кармане еще никогда не провоцировал целый бум. Судите сами: эпидемия бескровных слэшеров, «Очень страшное кино», толпы гоустфейсов на Хэллоуин… Даже сейчас, когда в криминальной хронике пишут об убийцах-подростках, нет-нет да упомянут «Крик»: Брайан Дрейпер и Тори Адамсик на суде в 2006-м напропалую заявляли о том, что на убийство их вдохновил фильм Крэйвена. Или совсем недавний случай: бельгийский водитель грузовика Тьерри Жараден пригласил домой 15-летнюю Элиссон Кэмбир. Они мило поболтали, а после того как мужчина сделал заход и получил отказ, он, извинившись, направился в соседнюю комнату, напялил заранее подготовленный костюм гоустфейса, взял нож побольше да и зарезал девушку. Суть здесь не в том, что фильм вдохновляет людей на насилие в реальной жизни: это еретический бред для находящихся в возрастном кризисе мужичков и тетенек, обделенных фантазией, достойной литературой и регулярным оргазмом. Дело в том, что и спустя 20 лет тайтл фильма продолжает всплывать даже в сферах, никак не связанных с кинематографом. Что же это, если не значимость?

Казалось бы, подобный проект должен был запустить карьеры всех его участников прямиком в стратосферу, но все не так просто.

Кевин Уильямсон стал очень крутым и востребованным сценаристом, но со временем исписался и ушел работать на телевидение. Звучит уже не так престижно, зато платят больше.

Имя Уэса Крэйвена всегда будет осенено ореолом звания Маэстро Ужасов, но если отдалиться от круга фанатов, которые знают и любят «Змея и радугу» (как мы на RussoRosso), то главные его заслуги перед человечеством — «Кошмар на улице Вязов» и «Крик».

<
>

Нив Кэмпбелл, в мгновение ока ставшая новой scream queen планеты, не стала заострять внимание на хорроре, а подалась в драматические роли. Справлялась с ними успешно, получала солидные гонорары, да так и осела в сериалах. А Сидни Прескотт так и осталась самой известной ее ролью.

Кортни Кокс, пытавшаяся избавиться от амплуа Моники из «Друзей», достигла желаемого: в роли суки Гейл она выглядит гораздо органичнее, чем в образе няшки. Но, как и в случае с Кэмпбелл, других узнаваемых ролей у нее было немного (можно вспомнить «3000 миль до Грейслэнда»), а серьезные карьерные подвижки наблюдались исключительно на ТВ (в частности, номинация на Золотой Глобус).

Дэвида Аркетта судьба побросала по самым разным проектам: баловался он и хоррорами («Атака пауков», «Людоед», «Верхом на пуле»), и сериалами (в том числе — и в режиссерском кресле), и драмами, и в недавнем «Костяном томагавке» засветился. Карьеру можно было бы считать успешной, кабы не обилие второстепенных ролей.

Похожий на молодого Джонни Деппа Скит Ульрих как мог продавливал себе дорогу ролью Билли Лумиса, пробуя все подряд: от небольшой роли в «Лучше не бывает» до второсортных триллеров вроде «Взлома». Не взлетел.

Обаяшка Мэттью Лиллард, на ужимки и экспромты которого можно смотреть как на огонь, еще до «Крика» играл у Джона Уотерса, а после пробовал себя в разных жанрах: хорроры, триллеры, мелодрамы, комедии — все там было. Наибольший успех — главная роль в культовом «Панке из Солт-Лейк-Сити», после которого, увы, ничего по-настоящему запоминающегося с Лиллардом не выходило.

Роль хоррор-гика Рэнди так и осталась самой значимой для Джейми Кеннеди, хотя после «Крика» он переиграл в самых разных кинокартинах. Количество не обернулось качеством, а Джейми и поныне ищет себя в незначительных ролях.

Лишь у одной Роуз Макгоуэн, исполнившей роль Татум, все хорошо. Вслед за «Криком» она зажгла в сериале «Зачарованные», после чего снялась у Брайана Де Пальмы в оммаже нуару «Черная орхидея», а оттуда попала прямиком на съемочную площадку к Роберту Родригесу. В последнее время у Роуз наблюдается спад: много сериальной работы да роль злодейки Марики в пластиковом ремейке «Конана-варвара». Но в грядущем году намечаются сразу две главные роли (в хорроре The Sound и вестерне The Last Of Duane), так что верится, что все у девушки будет хорошо.

А мы, редакция RussoRosso, поздравляем кинофраншизу «Крик» с юбилеем и отправляемся на киномарафон: четыре фильма за ночь посреди рабочей недели! Чего и вам желаем!

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
  • Mike Morkin

    Заголовок бобма!

  • Mike Morkin

    *голосом Кейси Аффлека* еще одна)