«ЖИВОЕ»: ЖИВИ, ПОКА ЖИВЕТСЯ

Выходящий сегодня в отечественный прокат космический хоррор «Живое» справедливо воспринимается многими как «репетиция» перед новым «Чужим». RussoRosso спешит сообщить: кино радует и как самостоятельная работа.


«Живое» / Life (2017)

Режиссер: Даниэль Эспиноса
Сценаристы: Ретт Риз, Пол Верник
Оператор: Шеймас МакГарви
Продюсеры: Бонни Кертис, Дэвид Эллисон, Дэна Голдберг, Джули Линн
Дистрибьютор в России: WDSSPR (в прокате с 23 марта)


Команда международной космической станции из шести человек (в их числе Джейк Джилленхол и Райан Рейнольдс) во главе с Екатериной Головкиной (Ольга Дыховичная) ловко перехватывает на земной орбите прилетевший с Марса искусственный спутник и начинает изучать собранные им образцы почвы. Ученый Хью Дерри (британец Эрион Бакаре играет инвалида с нарисованными при помощи CGI парализованными ногами) обнаруживает в привезенных гостинцах живой организм, который довольно быстро развивается. Полакомившись глицерином, существо подрастает до размеров медузы. Когда школьники Земли выбирают для него имя Кельвин и сюжет начинает напоминать трогательное кино про животных, тональность меняется — достаточно было дать пришельцу пару разрядов тока. После первой жертвы, имя которой лучше не раскрывать, чтобы не портить сюрприза, Кельвин подрастает и залезает в вентиляционную шахту. Привет, «Чужой» (с пастью «Хищника»), прощай, экипаж. Есть, правда, одно серьезное отличие от фильма Ридли Скотта: согласно директиве представительницы Центра по контролю и борьбе с инфекциями и самого разумного члена команды Миранды Норт (Ребекка Фергюсон), инопланетную гадину ни в коем случае нельзя пускать на Землю. Однако, как и в «Чужом», выживание членов команды вторично.

Режиссер Даниэль Эспиноса (сомнительный «Номер 44», 2015) сразу признался, что источником вдохновения для него послужила культовая картина 1979 года. Памятуя о том, что в мае в прокат выходит «Чужой: Завет», особенно любопытно размяться уже сейчас, на «Живом» и его кровожадном монстре. Можно воспринять его как своеобразную закуску перед основным блюдом, но это больше похоже на первый опыт возврата к многочисленным вариациям на тему «Злобная неведомая тварь крошит людей в замкнутом пространстве» (кормановские «Галактика ужаса» (1981) и «Запретный мир» (1982), британская «Планета ужасов» (1981), «подводные» «Левиафан» (1989) и «Глубоководная звезда шесть», 1989), которые неустанно снимали в 1980-х, только на этот раз с солидным бюджетом и звездами первой величины. Что сказать, в век бесконечных комиксовых франшиз такая тенденция видится скорее приятной и во всех отношениях здоровой. Впрочем, Эспиноса и работавшие над «Добро пожаловать в Zомбилэнд» (2009) и «Дэдпулом» (2016) сценаристы Ретт Риз и Пол Верник черпали вдохновение из самого разного сайфая последних лет. Кувыркания космонавтов в открытом космосе и семиминутная сцена на станции, снятая оператором Шеймасом МакГарви одним планом, — очевидный реверанс в сторону «Гравитации» (2013) и подвига Эммануэля Любецки. Композитор Йон Экстранд, работавший с Эспиносой на «Шальных деньгах» (2010), нагнетает саспенс не хуже Ханса Циммера в фильмах Нолана. Актер Хироюки Санада немного иначе пытался спасти Землю в «Пекле» (2007) Дэнни Бойла.

При этом можно только искренне порадоваться, что Эспиноса, Риз и Верник избежали сразу двух опасных ловушек. Во-первых, если не считать упоминания «Реаниматора», 1985 («Не смотрел такой фильм? Стыдоба!»), сценаристы обошлись без свойственных им постмодернистских шуточек. Во-вторых, несмотря на вышеперечисленные поклоны и заимствования, создатели отошли от утомившего пафоса гуманистической, духоподъемной фантастики и заново открыли жанр честного космического хоррора. С другой стороны, следование канонам жанра не обязательно предполагает шаблонность диалогов и ситуаций, словно написанных недорогой сценарной программой. Их в фильме хватает, видимо, чтобы была возможность перевести дыхание после каждой напряженной сцены. Во всяком случае, они точно не придают психологической глубины персонажам, которые довольно бойко гибнут один за другим. Вот японец показывает команде новорожденного сына, а вот кто-то уже начинает читать свое любимое стихотворение. Одна только фраза добровольного отшельника, которого сыграл Джилленхол, звучит свежо и необычно: не хочу, мол, возвращаться к восьми миллиардам этих ублюдков.

К глупому же поведению в экстремальных ситуациях придираться бессмысленно — тут кто угодно запаникует. В конце концов, как еще вести себя потенциальным жертвам космического прожорливого монстра, который растет с каждым часом, может жить в вакууме и не реагирует на пламя? Кричи — не кричи, а в космосе, как известно, тебя все равно никто не услышит.

 

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
WordPress: 14.26MB | MySQL:208 | 0,716sec