А ТЕПЕРЬ ПОСМОТРИ: ТРИЛОГИЯ «ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ МНОГОНОЖКА»

Рубрика «А теперь посмотри» — это возможность взглянуть на известные фильмы глазами новичка. В ее рамках опытный кинокритик Алексей Филиппов ликвидирует пробелы в жанре хоррора и описывает нам свои впечатления. Сегодня RussoRosso предложил вспомнить трилогию, хорошо знакомую даже не смотревшим ее людям, — скандально известную «Человеческую многоножку».

В феномене фильмов-мемов зашита одна примечательная деталь: круг свидетелей мемовых гораздо ýже армады человеческих ретрансляторов. Шутка, простая, как сколопендра, чего там смотреть. «Зеленый слоник» (1999) или «Человеческая многоножка» вполне могут послужить материалом Пьеру Байяру для очередной книжки, скажем, с оригинальным названием «Как говорить о фильмах, которых вы не видели». Литературоведческий эпатаж близок нашей теме: Том Сикс шесть лет ровно то и проделывал с почтенной публикой. Эпатировал, эпатировал — да и выэпатировал. «Многоножка» стала современным символом #бессмысленного и #беспощадного. И акт просмотра приравнивается к взгляду в глаз безумия: я с благодарностью слушал от коллег (из числа выживших видевших) рекомендации не смотреть или ироническое «Хорошее кино», а также заработал чуть-чуть досужего сочувствия (фраза «Я сейчас исследую трилогию “Человеческая многоножка”» сделает вас героем любой вечеринки; впрочем, экспериментально гипотеза не доказана). На самом деле этот графоманский эссеистский «манифест» спровоцирован правилами игры: «Многоножка» в течение ~260 минут показывает рот, анус и прочие неприятности, зрители делают вид, что не знали, то есть оказались не готовы, то есть и к третьему фильму совсем уж никак не ожидали, что вот оно как все. Впрочем, про эмоциональную шкурку The Human Centipede мы еще поговорим, любовно рассматривая каждое звено этой извращенной гуманистической саги.

«ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ МНОГОНОЖКА» / THE HUMAN CENTIPEDE (FIRST SEQUENCE) (2009)

Вводная для тех, кто так громко смеялся над пародией в South Park или порноверсией под именем «Человеческая сексоножка» (тоже смеялся, разумеется), что прослушал сюжет. Похожий на сбрендившего хирурга Третьего рейха немец по фамилии Хейтер (Дитер Лазер) сидит в машине и плачет горючими слезами по любимым ротвейлерам, которым идея ходить всегда втроем не понравилась настолько, что они скончались. Добрый доктор решает проделать схожую операцию с людьми — и тут как раз подворачиваются заблудившиеся туристки-американки (и не слишком вписывающийся в концепцию макета Второй мировой японец). Как джеймсбондовский злодей, Хейтер устраивает пациентам презентацию, где объясняет, что, как именно и с чем он сошьет. Затем сшивает.

Фильм Сикса тоже одеяло имени Франкенштейна: голландец обильно вдохновлялся Пазолини и Миике, опытами Менгеле и, думается, «Реаниматором» (1985). «Человеческая многоножка» — кино, родившееся из шутки. Просматривая выпуск теленовостей, Сикс с приятелем похихикали, мол, рот педофила было бы неплохо подключить к анусу дальнобойщика. Сказано — сделано. Только «Первое звено» еще не про наказания: Сикса интересуют призраки фашизма в родной Голландии. Возможная безнаказанность зла. Новый «Ангел смерти из Освенцима», затаившийся в недешевом домишке некогда преуспевающего хирурга.

Слово «мерзость» сравнительно точно описывает фантазии Сикса, но дурная слава фильма настолько гиперболизирует ожидания, что результат даже разочаровывает. Мутный европейский боди-хоррор за три копейки, с упорством, достойным лучшего применения, развивающий в художественное высказывание гадкую физиологическую юмореску. Но Сиксу не откажешь в последовательности: снятый по принципу многоножки, фильм будет строго следовать выбранным законам, эволюционируя от звена к звену, что разухабистые «Зловещие мертвецы» Рэйми.

Первый фильм — про счастливчика, оказавшегося во главе богопротивной конструкции. Соответственно, особое внимание уделено функциям рта: тут часто пьют, много говорят, камера фокусируется на шрамах в лицевой части. Другое дело — второе звено, самое прооперированное.

«ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ МНОГОНОЖКА 2» / THE HUMAN CENTIPEDE II (FULL SEQUENCE) (2011)

Вторая часть преимущественно молчалива: ночной сторож автостоянки Мартин (Лоуренс Р. Харви) изъясняется пыхтением и пшиками ингалятора от астмы. Третируемый матерью и психологически травмированный отсутствующим отцом, он идеальная модель фрейдистского маньяка — с полным лукошком травм, обсессий, комплексов и довлеющих над ним родительских фигур. Есть у немногословного решения и художественная мотивация — статус второго фильма как промежуточного звена в многоножке из трех картин. Все концептуальные завихрения Сикса начинаются именно отсюда: квазиэстетский монохром, смещение от вызывающего брезгливость хоррора в сторону полуобморочного гиньоля, постмодернистские игры в «фильм в фильме».

Мартин видит первую «Многоножку» — и в его неприятной плешивой голове что-то щелкает: заботясь о домашней сколопендре, он решает снять грандиозный сиквел с актерами из оригинала (соглашается только Эшлинн Йенни, поверившая в интерес со стороны Тарантино). Многоножка из двенадцати звеньев — ученик способен превзойти своего учителя! Того же требует наращивание масштаба в рамках трилогии (объемы заключительной части робко угадываются в подобной геометрической прогрессии).

Тут Сикс, уже первой частью шокировавший Роджера Эберта чуть ли не до отвращения к профессии, выкидывает еще один занятный трюк: «Второе звено» на языке пинка и плевка рассказывает зрителю, что на каждого вымышленного старомодного монстра найдется потише и пострашнее. Эдакий вброс в полемику вокруг насилия в фильмах и играх: а не может ли это научить человека плохому? Может, если человек похож на Мартина, а окружающие его люди вроде агрессивного соседа, спивающейся матери и любвеобильного психиатра подготовили почву.

В финале Сикс совсем изворачивается ужом — и та часть трилогии, которая лучше всего лечит от любого переедания и интереса к еде вообще, заканчивается твистом из черного списка нормального сценариста: это та же сцена, что и в начале, вся эта репетиция бессонной ночи лишь проносится у Мартина в голове. Похожая вагонетка с конечным пунктом в аду, возможно, в данную секунду отправляется по извилинам человека на твоей автостоянке, в прозрачном аквариуме метро или на пункте охраны твоего офиса. «Смекаете?» — как бы говорит Сикс и наверняка с улыбкой поправляет шляпу.

«ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ МНОГОНОЖКА 3» / THE HUMAN CENTIPEDE III (FINAL SEQUENCE) (2015)

В заключительном сегменте Сикс начинает палить из всех орудий. Хоррор и гиньоль уступают место сатирической трэш-эстетике в духе увеболловского «Постала» (2007), заковыристо критиковавшего насилие и игрозависимость в формате экранизации культовой игры Postal. Слово «анальный» и его вариации звучат чуть ли не чаще, чем fuck у Тарантино. Все жестокие операции (даже кастрация) производятся по команде «Переверните его на живот».

На сцену одновременно выходят новые реинкарнации персонажей первых двух фильмов. Дитер Лазер играет начальника тюрьмы для особо отмороженных заключенных по фамилии Босс — садиста, расиста и сексиста, а Лоуренс Р. Харви — его робкого бухгалтера Батлера, человека с придурью, фаната несравненной дилогии The Human Centipede и секретарши Дэйзи (порноактриса Бри Олсон), единственной девушки в пустынной округе. Возникает в кадре и сам Сикс — веселый мужчина в шляпе, который не прочь увидеть наяву сочиненную им операцию по сращиванию людей (дескать, знакомые хирурги твердят, что вымысел вполне правдоподобен). Босс же собирается создать первую в мире «человеко-зэковскую многоножку», чтобы буквально поставить заключенных на колени: сшить вместе несколько десятков убийц и насильников, а отмотавших срок извлекать из цепи и отпускать на волю.

Выползя из подвала, «Многоножка» добралась до глобального высказывания: режиссер сыплет примерами дикими и невыдуманными — вот вам женское обрезание в Кении или нечеловеческие пытки в тюрьме Гуантанамо. Чем хуже идея человеко-зэковской многоножки, которая вдобавок сэкономит бюджет округу и штату? Вот и губернатор (Эрик Робертс) хоть и поганый коммунист (курит мерзкие кубинские сигары), но поймет, что идея Босса поможет сделать Америку великой опять (oh wait).

Эберт печально констатировал, что Сикс в интервью негативно высказывался о толерантности. Впрочем, невозможно поверить, что голландец преследовал какие-то цели кроме сатирических. Есть ли в этом реальная польза — вопрос крайне дискуссионный: сложно представить человека, которому захочется посоветовать эту физиологическую трилогию с благими намерениями.

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
  • Nicolodi’s Banana Springs

    Автор-антропоцентрист напрасно сыплет красивыми, по его мнению, сравнениями: сколопендра намного сложнее, чем ему кажется.

    Conclusion и общий всезнайский настрой немекают (возможно, ложно), что автор так в картинах и не разобрался. Слишком высоко расположен его (автора) альков, с трибуны высокого искусства взирает он на трилогию. Дай б/г, чтобы Антониони разбирали так же, как герр Филиппов препарирует Сикса. И, опять-таки, дисклеймер выдаёт в почтенном Алексее неофита, который пишет исключительно о тех хоррорах, которые смотрел. Так какой тут тогда «Реаниматор»?

    Но не всё столь черно. «Эпатировал, эпатировал — да и выэпатировал» — одной фразой Алексей рассказал всё, что писали о «многоножках» в прессе и на форумах. И авторские синопсисы, конечно, хороши. Вот если бы и месседж был так же хорош…

    • Балтика 9

      комрад, таки поясните линейно: препарирует як Антониони или не разобрался (и если одной фразой рассказал всё, то как мог не разобраться, причем тут месседж)? читаю вас с удивлением почти после каждого текста

      • Nicolodi’s Banana Springs

        Поясняю линейно, как линкор.

        У автора стилистика такова, что прям видится, как он взирает на текст, аки Цезарь на легионы. Хотелось бы, чтобы Антониони так же разбирали (вместо тривиальных поллюций). No contradiction here.

        Далее. Автор одной фразой передал весь хайп, ушаты говна и нечастые восторженные отклики, которые возникали после выхода каждой картины из трилогии. То бишь, если задаться вопросом «какой эффект оказали «Многоножки» на публику и критиков», то фраза герра Филиппова отражает, на мой вкус, все грани мнений.

        При этом, всё это не значит, что автор разобрался. Уважаемый Алексей привычными движениями препарирует кинцо, да ещё и видит сравнения с Пазолини. В «многоножке» можно много кого найти, да суть разве в этом? If you ask me, the point has been overlooked.

        Другой вопрос, что сама рубрика не требует от автора хвататься за скальпель. Что может найти чувак, обычно взирающий на высокие жанры (вроде драмы и арт-мейнстрима) — это интересно, когда не превращается в самоцель. А цель — впечатления хоррор-неофита. Впечатления тут есть, но не полноценные и развёрнутые, а скорее в виде дробинок, которые приходится выковыривать из брюшной полости ревью.

        Цель же оригинального поста не в том, чтобы ужалить герра Филиппова, а в том, чтобы нивелировать последнее предложение.

WordPress: 14.29MB | MySQL:201 | 0,639sec