«Окровавленные губы» / Levres de sang (1975)

Фальшивые вампиры Жана Роллена


ВИННИ-ПУХ: КРОВЬ И МЕД 2

Ужасы зачастую тесно переплетены с эротикой — два жанра, балансирующих на грани морали и закона — вечно обсуждаемые, зачастую осуждаемые, но притягательные, как любой запретный плод. Одним из ярких представителей кровавого эротизма является француз Жан Роллен. Экспериментатор, создатель новых жанров, он переворачивал с ног на голову не только сюжеты, но и целые миры, особенно вампирские. Дмитрий Шаля рассказывает, как француз менял представление мира о бледных мертвецах, питающихся кровью. 

«Насилие вампира» / Le viol du vampire (1968)


Май 1968 года. Париж бунтует. Рассерженные студенты Сорбонны поджигают машины и строят на улицах баррикады. Настроение в городе тревожное, но кинотеатры по-прежнему работают. Афиши зазывают на фильм Le viol du vampire, он рекламируется как «первое французское кино о вампирах».

Заполнившие кинотеатр зрители были возмущены. Говорят, что самые рассерженные даже швырялись в экран объедками. Взбунтовались и критики. Обозреватель почтенной «Фигаро» смело предположил, что фильм «Насилие вампира» «определённо снят группой пьяных людей, возможно студентов-медиков». Провал был полным.

Публику понять можно. В конце 60-х уже существовал определённый эталон фильмов о вампирах. Его установили на Hammer Film; британская студия поставила съёмки вампирского кино на поток, и картины вроде «Невеста Дракулы» и «Дракула восстал из могилы» лидировали в европейском прокате. В этих фильмах подробно рассказывалось, что можно и что нельзя делать вампирам. Упыри, разумеется, изображались исчадиями ада и абсолютно инфернальными персонажами. Но со своими слабостями — вампиры боялись креста, не выносили чеснок и были чувствительны к солнечному свету. Убить их можно было, всадив кол в сердце или окунув в проточную воду. Эти правила кочевали из фильма в фильм, к ним успели привыкнуть.

И тут появляется Жан Роллен

Жан Роллен никаким студентом-медиком, конечно же, не был. К своему полнометражному дебюту Роллен успел поработать с Клодом Лелушем и снять несколько документальных фильмов. Он всегда мечтал о большом кино, и когда продюсер Сэм Селски (в титрах он просил себя указывать как $am $elsky) предложил ему снять первый французский фильм о вампирах, Роллен с радостью ухватился за работу. Беда в том, что кино Роллена совсем не походило на привычную продукцию Hammer Film. Можно даже сказать, что «Насилие вампира» получилось нарочито анти-хаммеровским. Каноны жанра были вывернуты наизнанку, на экране ролленовские вампиры творили совершенно немыслимые для нежити вещи. К тому же режиссёр испытывал тягу к авторскому кино, был нигилистом в лучших традициях бунтующих 60-х и боготворил сюрреалистические работы Рене Магритта и Клависа Труи. Этого оказалось достаточно, чтобы на «Насилие вампира» ополчилась вся Франция.

«Насилие вампира» / Le viol du vampire (1968)

Фильм упрекали в отсутствии связанного сюжета. Роллен отчаянно отбивался, но позже частично признал правоту оппонентов. В своём позднем интервью он говорил:

Образы в моих фильмах важнее самой истории. Но истории сочиняются именно для того, чтобы провоцировать подобные образы. Смесь того и другого создаёт мои фильмы.

Ухватить связанную сюжетную линию в «Насилии вампира» действительно сложно. Хотя бы потому, что фильм склеен из двух частей: сначала было снято «Насилие вампира», а уже потом кино было добито до полного метра продолжением «Королева вампиров». Так что Роллену приходилось импровизировать на ходу, придумывая продолжение своей истории. Иногда — вопреки элементарной человеческой логике. Однако персональная вампирская мифология Жана Роллена в 1968-м уже потихоньку складывается.

«Насилие вампира» — о чём же речь?

Итак, трое молодых парижан отправляются в провинцию. Психоаналитика Томаса интересует история о четырёх сестрах, считающих себя вампиршами. В нежить Томас, разумеется, не верит и готов лечить девушек от «неврозов». Поначалу он как будто бы прав. После общения с Томасом якобы слепая сестра обретает способность видеть, страдающая светобоязнью — спокойно прогуливается днём, а на кресты им и вовсе плевать.

Но потом происходит странное. Суеверные крестьяне из соседней деревни решают поднять на вилы проклятых сестёр, а заодно — и парижских модников. В последний момент Томас просит подарить ему «поцелуй вампира». Укушенный, он с уцелевшей сестрой оказывается на пляже, где влюблённая парочка получает по смертельной пуле.

Конец? Не совсем. Тут-то и начинается самое интересное: откуда ни возьмись на пляже объявляется Королева Вампиров со своей эксцентричной свитой. Оживает Томас. Оживают сёстры. Оживает и убитая парижанка, чтобы совсем свести с ума своего бойфренда Марка. Теперь все они — вампиры. Но в каком-то совершенно своём и оригинальном роде.

«Насилие вампира» / Le viol du vampire (1968)

«Никакой мистики, это дело науки», — утверждает Роллен. Вампиризм — это всего лишь болезнь крови. И от неё можно найти лекарство.

Логично? Вроде бы — да. Но нет, Жан Роллен продолжает издеваться. Вампиризм может быть и болезнь, но болезнь прогрессивная и лечения не требующая. Благодаря этому «заражению» возникнет бессмертная раса, которой суждено править миром. В этом абсолютно убеждена Королева Вампиров. И она была бы права, если бы не проклятое лекарство. Оно действительно существует, но обладает побочным действием: не излечивает вампиров, а убивает их.

В сомнительном хеппи-энде Королева Вампиров погибает в страшных муках, а Томас и сестра совершают добровольное самоубийство, замуровывая себя в склепе. Просто они не готовы убивать людей ради крови и вместо этого хотят пожертвовать собой.

Жан Роллен был совершенно уверен, что этот фильм поставил крест на его режиссёрской карьере. Но «Насилие вампира» получился настолько скандальным, что его тут же бросились смотреть. Кассовые сборы оказались приличными, и продюсеры попросили снять продолжение. В итоге всё это переросло в тетралогию; за «Насилием вампира» последовали «Обнажённый вампир» (1970), «Дрожь вампиров» (1971) и «Реквием по вампиру» (1971). Развитие вампирского мира Жана Роллена продолжилось. Похоже, он снова импровизировал на ходу, добавляя новые смыслы и краски своим неожиданным подопечным.

Этот причудливый мир уникален. Он практически лишён сверхъестественного начала, оно здесь заменено фетишистским пристрастием к крови.

Кровь — основа этого мира

Фильмы Жана Роллена держатся не на страхе перед сказочной нечистью или адским пламенем, а на извращённой, эротичной и болезненной тяге к крови. Это декадентское обожествление присутствует в каждом фильме Роллена — даже если в нём нет вампиров. В «Гроздьях смерти» (1978), первом зомби-хорроре режиссёра, причиной всех бед оказывается вино, перебродившая «кровь винограда». В «Живой мёртвой девушке» (1982) детская клятва на крови наречённых сестёр — основа всего сюжета, приводящего к жестокому и шокирующему финалу. Самая элегантная и пугающая сцена в «Очаровании» (1979) снята на бойне — здесь парижская богема начала XX века лечится от анемии, разливая по бокалам ещё тёплую бычью кровь.

«Очарование» / Fascination (1979)

«Культ крови безумен, но он может быть сильнее любви к телу, в котором она течёт», — говорит главная героиня.

Со странного теста крови начинается и «Обнажённый вампир», второй и, пожалуй, лучший фильм вампирской тетралогии Жана Роллена. Здесь он наиболее чётко объясняет принципы жизни своих фальшивых вампиров, — чем и запугивает нас окончательно.

«Обнажённый вампир» – вампирская секта

На пустынной парижской улице Пьер встречает юную красавицу в прозрачной тунике. Её преследуют люди в звериных масках. Помочь девушке не удаётся, её убивают на месте. К удивлению Пьера, следующей ночью он обнаруживает барышню живой и здоровой на тайной сходке клуба самоубийц. Странные люди на собрании поклоняются ей и готовы добровольно уйти из жизни, чтобы отдать свою ещё тёплую кровь их кумиру, бессмертной повелительнице-вампирше.

В вампирскую сущность девушки свято верит и аристократический отец Пьера. Вместе с группой единомышленников он исследует её кровь, надеясь заполучить секрет вечной жизни. Заодно он защищает свою протеже от загадочного Ордена и его колоритного Магистра. Но даже побег из Парижа в заброшенный шато не спасёт исследователей. Магистр всё равно найдет беглецов и освободит вампиршу, попутно обратив Пьера в свою веру.

«Обнажённый вампир» / La vampire nue (1970)

В «Обнажённом вампире» Роллен переключается на неожиданную тему вампирского братства. По словам режиссёра странный клуб самоубийц и таинственный Орден — аллюзия на действительно существовавшее во Франции 30-х годов тайное общество «Ацефал». С ним и его создателем, философом-мистиком Жоржем Батаем, связано множество пугающих легенд. Поговаривали, что члены «Ацефала» были большими поклонниками учения Ницше и романов маркиза де Сада, исповедовали культ самоубийства и чуть ли не приносили человеческие жертвы во время своих лесных сборищ. У Роллена всё примерно так же: люди фанатично жертвуют собой ради великой идеи. Ведь вампиры — не то, чем кажутся. Об этом долго и со вкусом рассуждает Магистр Ордена, в своей энергичной проповеди на пляже раскрывая все карты.

Итак, добро пожаловать в секту. Здесь утверждают, что наш обыденный мир — всего лишь иллюзия, в которой люди часто принимают свои заблуждения за свет истины. Отец Пьера, например, верил в вампиров — и получил вампира. Но на самом-то деле он и есть настоящий вампир, поскольку использовал кровь девушки в корыстных целях. В действительности же спящая в гробу красавица — высшее существо, венец эволюции. Она — порождение истинной реальности, выходец из совершенного мира. В этом дивном мире «нормальные» люди неизбежно исчезнут. В результате серии мутаций человек эволюционирует, обретёт бессмертие и превратится… В то, что мы в нашем мире называем «вампиром» — в высшее существо с удивительными способностями и новыми знаниями.

Идеи привилегированной вампирской касты и параллельной реальности так понравились Роллену, что он принялся развивать их в третьей части тетралогии, «Дрожи вампиров».

«Дрожь вампиров» — одного «поцелуя» мало

Оказывается, стать жертвой вампира и обратиться в вампира — это не одно и то же, одного укуса мало. Чтобы стать полноправным членом вампирского ордена и свободно путешествовать между мирами, необходимо пройти обряд инициации. Только так человек становится избранным, братом или сестрой по крови, участником тайного общества.

«Дрожь вампиров» / Le frisson des vampires (1971)

В «Дрожи вампиров» эта вампирская элитарность пришлась по нраву двум новообращённым, хозяевам очередного заброшенного замка. Их молодая кузина с новоиспечённым мужем решает было навестить своих родственников, но застаёт лишь надгробные камни — они скоропостижно отошли в мир иной. Но каково же было удивление Айлы и Антуана, когда эксцентричные кузены как ни в чем не бывало спускаются к ужину. Да, технически они мертвы, но всё же продолжают свою уже вечную жизнь после смерти. Всему виной — вампирша Изольда, картинно возникающая из напольных дедушкиных часов ровно в полночь. Это она обратила кузенов и теперь строит планы на красавицу Айлу.

Молодой девушке предстоит пройти уже не раз вычерченный Жаном Ролленом путь — замок-кладбище-пляж, который вполне возможно станет для нее дорогой в Вечность. Заодно Айле нужно выслушать долгую лекцию кузенов о чистоте дворянской крови, чёрной мессе и культе богини Исиды в средневековой Франции.

Впрочем, не спешите принимать за чистую монету и эти рассуждения об элитарном ордене, Рогатом Боге и вечной жизни. В «Реквиеме по вампиру» Жан Роллен вновь ставит всё с ног на голову.

Ещё один вампирский переворот — «Реквием по вампиру»

Здесь нас встречает традиционный сет-ап: замок, кладбище, играющая на органе вампирша. Но уютный вампирский мир трещит по швам.

Две бунтарки-красавицы, Мари и Мишель, попадают в замок, похоже, уже мёртвыми — их путь в буквальном смысле проходит через могилу. Они — жертвы вампиров, но пока что не члены вампирского ордена, красочный обряд инициации им только предстоит. Более того — провести его хочет сам Прародитель Всех Вампиров, дряхлеющий и впадающий в меланхолию старик в чёрном плаще. Эти девушки — его последняя надежда на сохранение вампирской расы, остальные существа из окружения вампира на эту роль не годятся. Видимо оттого, что обряд посвящения должны пройти обязательно девственницы, — новый и очень неожиданный даже для Роллена поворот сюжета.

«Реквием по вампиру» / Requiem pour un vampire (1971)

Мишель вроде бы не против стать новой Королевой Вампиров, а вот Мари не готова к такой участи. Переспав с первым встречным, она путает Прародителю все карты. Теперь он обречён.

Его жизненные силы угасают, скоро бессмертный всё же умрет. А вместе с ним наступит конец всей вампирской расе и заодно всем нашим надеждам на вечную жизнь, дивному новому миру параллельных реальностей и светлому, построенному на алой крови, завтра.

Так, одним элегантным ударом, Жан Роллен в последнем фильме тетралогии ставит жирный крест на своем столь парадоксально выстроенном вампирском мире. Зритель вновь замирает в недоумении.

«Сиротки-вампиры» — сон или реальность?

Кто же такие эти вампиры? Люди ли это будущего или последние потомки некогда могущественной древней расы? Существа с супер-способностями или страдающие от загадочной болезни крови неудачники? Спасители из параллельной реальности или откровенные мошенники, пудрящие мозги красочными обрядами?

Роллен так и не дал нам прямых ответов. Впоследствии он неоднократно обращался к вампирской тематике, но всякий раз старательно обходил эти вопросы стороной.

Самым честным в каком-то смысле оказался один из последних фильмов Роллена — «Сиротки-вампиры» (1997). Он снят по мотивам серии его же романов Les deux orphelines vampires и рассказывает историю двух девушек, объявивших себя вампиршами.

«Сиротки-вампиры» / Les deux orphelines vampires (1997)

Днём Генриетта и Луиза абсолютно слепы, они ведут смиренную жизнь в монастыре под присмотром сестёр-монашек. Однако ночью, когда зрение к ним возвращается, девушки отправляются на ближайшее кладбище в поисках добычи. Временами их посещают видения. Вампирши вспоминают свои прошлые жизни, где они были то ли кровавыми ацтекскими богинями, то ли звёздами декадентского мюзик-холла. Но ближе к финалу становится ясно, что видения эти ложные. Как и выдуманный ими вампиризм.

Круг замкнулся. Мы переносимся на 55 лет назад и вместе с неверующим психоаналитиком Томасом бьёмся над тайной четырёх сестёр. Неужели он был изначально прав и никаких вампиров не существует? А все эти дальнейшие истории о вампирской касте и Избранных — лишь морок, навеянный находчивым режиссёром?

Следы во времени

Жан Роллен оставил этот мир в 2010 году, так и не расшифровав толком своих запутанных посланий. К счастью, подробных объяснений и не требуется: магия кино прекрасно работает на иррациональном уровне. Достаточно и того, что перед глазами всё ещё стоят яркие образы из фильмов Роллена. Пустынный, фантастической красоты пляж Пурвиль-ле-Дьепп в Нормандии, куда постоянно возвращаются герои Роллена. Фехтующие сёстры на фоне догорающего костра в «Насилии вампира». Причудливые звериные маски в «Обнажённом вампире». Летающие по библиотеке книги и те самые напольные часы, из которых появляется инфернальная Изабель в «Дрожи вампиров». Увлекаемый приливом гроб с любовниками из фильма «Окровавленные губы» (1975). Всё это будет жить вечно, как и предрекал своим вампирам Жан Роллен.

«Дрожь вампиров» / Le frisson des vampires (1971)

Он очень хотел снимать кино, и наш болезненный интерес к вампирам подарил Роллену возможность транслировать в тёмный зал свои сюрреалистические образы. Он победил.

Впрочем, существует и другое мнение. Как заметил один циничный критик в рецензии на «Дрожь вампиров»:

Давайте не будем слишком интеллектуализировать всё это. Несмотря на множество подтекстов, кино для Роллена сводится лишь к желанию показать на большом экране обнажённых девушек.

Да, Жана Роллена критики так и не полюбили.

Share on VK
Дмитрий Шаля

Автор:

Уважаемые читатели! Если вам нравится то, что мы делаем, то вы можете
стать патроном RR в Patreon или поддержать нас Вконтакте.
Или купите одежду с принтами RussoRosso - это тоже поддержка!


ВИННИ-ПУХ: КРОВЬ И МЕД 2
WordPress: 12.15MB | MySQL:113 | 0,885sec