Постхоррор: Свежий взгляд на жанр или бессмыслица?

На прошлой неделе автор издания The Guardian Стив Роуз опубликовал статью, где попытался проанализировать направление, в котором движется часть современных фильмов, эксплуатирующих человеческие страхи, с легкой руки назвав его постхоррором. Материал стал поводом для споров и критики со стороны как журналистов, так и некоторых кинематографистов. RussoRosso прочитал статью и попытался разобраться, что именно Роуз имел в виду под изобретенным им термином и что из себя представляет хоррор с приставкой «пост-».

Последние несколько лет в прокат выходят новые фильмы, которые, на первый взгляд, используют все знакомые жанру хоррора явления и ситуации: темные леса с запрятанными в них хижинами, дома с привидениями, одержимых людей, «последних девушек», мрак, бесовщину и предупреждения никогда не открывать какие-то двери. Зритель, отправляясь смотреть такую картину, ожидает взаимодействия со страхами в ключе сложившихся в жанре конвенций: разделяться в лесу не надо; выживет «последняя девушка»; зло изгонят и победят, но оно, скорее всего, вернется в сиквеле. Однако новые фильмы не стремятся играть по привычным правилам и вообще трактуют их довольно вольно, зачастую ничего и не объясняя, что, по мнению Роуза, часто приводит к разочарованию аудитории, у которой были определенные ожидания. И это становится одним из оснований для выделения картин на общем фоне жанра.

В качестве одного из ярких примеров такого кино Роуз приводит «Ведьму» (2015) Роберта Эггерса, переносящую зрителя в мрачный XVII век и демонстрирующую реалии семьи переселенцев. Трейлер предлагает вполне классический фильм ужасов, однако в итоге, несмотря на присутствие мистических элементов, «Ведьма» в обычный хоррор так и не превращается: в картине нет ни привычных глазу джампскейров, ни красочных попыток сбежать от монстра. Да и монстр-ведьма появляется на экране всего несколько раз. Важно, что «Ведьма» довольно успешно прошла в прокате, при бюджете в $4 млн заработав более $40 млн.

Другие фильмы вроде недавних «Персонального покупателя» (2016) Оливье Ассайаса или «Неонового демона» (2016) Николаса Виндинга Рефна не пытаются позиционировать себя как хорроры, оставаясь на стыке триллера и драмы. Однако они тоже активно заходят на территорию фильмов ужасов: то непонятно, жив ли вообще таинственный СМС-собеседник, то кровожадные обитательницы мира моды принимают ванны из крови и глотают, а потом и выплевывают глазные яблоки юных соперниц. Сюда же Роуз вписывает и «Историю призрака» (которая недавно вышла в американский прокат), где Кейси Аффлек разгуливает под саваном. По словам режиссера и сценариста Дэвида Лоури, фильм намеренно использует тропы, знакомые по ужастикам о домах с привидениями, но тоже никогда не становится хоррором, а исследует личную травму и экзистенциальный кризис главного героя. Способ взаимодействия призраков с людьми в ленте Лоури сравнивается с их появлением в картинах Апичатпонга Вирасетакула, большая часть работ которого подходит под описание того, что Роуз называет постхоррорами (например, «Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни» (2010), где умирающий герой проводит свои последние дни с призраками умерших родственников).

Самым же заметным примером постхоррора для автора статьи The Guardian становится «Оно приходит ночью» (2017) Трея Эдварда Шульца — фильм, весь трейлер которого намекает на ужасные вещи. Несомненно, зрители увидят все, чего ожидали: апокалипсис, вирус, странную семью, живущую в лесу. Но Роуз отмечает, что ужас в фильме не просто появляется в результате удачной комбинации вышеперечисленных элементов. Он еще подпитывается эмоциями горя, вины, сожаления и паранойи, а также бесконечной тревоги, которая возникает из-за того, что режиссер вписал туда собственные страхи и личный опыт.

Прогремевшие в этом году «Прочь» Джордана Пила и «Сплит» М. Найта Шьямалана обратили внимание на то, что малобюджетное кино может быть очень успешным, и сделали хорроры более привлекательными для продюсеров. Однако в большинстве своем фильмы ужасов все еще полагаются на конвенции и не очень далеко отходят от ряда устоявшихся тематик и их стандартного представления: зомби-хорроры, мистические хорроры, хорроры о психопатах и проклятых домах. Постхоррор — это то, во что превращается кино, которое уходит от этих конвенций и использует их для создания чего-то иного, чем то, что предлагает массовый рынок. Роуз признаёт, что подобные картины существовали и раньше, и приводит в пример работы Полански, «Сияние» (1980) Кубрика и «А теперь не смотри» (1973) Роуга, отмечая, что тем не менее это всё крупные студийные работы с большими бюджетами, а Шульц потратил на производство своего фильма гораздо меньшую сумму.

Далеко не все согласны с термином «постхоррор»: главной ошибкой большинство комментаторов называет желание рассматривать отдельные картины в контексте хорроров. Странно звучит и обращение автора к тому, что многие зрители уходят с фильмов разочарованными и пишут о них гневные отзывы: некоторые из рассмотренных Роузом лент довольно успешно идут или прошли в прокате. Компания А24, которая занималась дистрибьюцией трех картин, упомянутых в статье («Ведьмы», «Истории призрака» и «Оно приходит ночью»), уже опубликовала в твиттере сообщение, где указала, что вообще не считает необходимым рассматривать ее кино в рамках хоррора: «“История призрака” — это не хоррор. Это не “постхоррор”. Это космическая история любви о ВРЕМЕНИ и грандиозности нашего существования».

Другие точки зрения вообще ставят под сомнение необходимость выделять какой-либо новый поджанр, поскольку ужастики, предлагающие не просто «монстра», а какое-то более сложное содержание, существуют уже давно. Они помогают режиссерам высказывать свои мнения насчет политических и социальных тем и убеждать зрителя в том, что представление, будто ужасы — слишком простой жанр, чтобы содержать в себе нечто большее, не очень актуально, а конвенции в жанре, от которых новые фильмы часто отходят, в принципе и существуют, чтобы их нарушать.

Осталось добавить, что у российских зрителей будет возможность составить собственное мнение об одном из центральных фильмов оригинальной статьи. Компания «Парадиз» выпускает «Оно приходит ночью» в прокат 24 августа.

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
WordPress: 12.48MB | MySQL:202 | 0,304sec