«Муза смерти»: Женщины в черном

В прокате — новый фильм Жауме Балагуэро, и это снова мистический детектив. Насколько у режиссера все получилось?


«Муза смерти» / Muse (2017)

Режиссер: Жауме Балагуэро
Сценарий: Жауме Балагуэро, Фернандо Наварро, Хосе Карлос Сомоза
Оператор: Пабло Россо
Продюсеры: Карлос Фернандес, Брендан Маккарти, Джон МакДоннелл и другие
Дистрибьютор в России: Cinema Prestige (в прокате с 10 мая)


Профессор литературы, проведя чудесную ночь с возлюбленной студенткой, наутро находит ее в кровавой ванне с порезанными венами. Простить такое сложно, понять — вообще без шансов, но год спустя у преподавателя появляется возможность прояснить ситуацию: вещий сон о ритуальном убийстве отправляет его сначала на место преступления, а после — в мир литературной мистики, откуда, как выяснится, и пришла его любовь.

Испанская мистика, славная своей неспешностью и конформизмом, получила небольшого пинка от режиссера Балагуэро — «Муза смерти», снятая по книжке, напичкана событиями так плотно, что сто с лишним минут фильма пролетают по ощущениям ну где-нибудь за час. Внешне каноническая паранормальщина (на любопытную, впрочем, тему), в душе — бульварный детектив, кино каталонского кинематографиста наслаивает тайны одна на другую и то и дело меняет повестку для главного героя — а значит, и для зрителя. Следить за этим довольно увлекательно: не понимая до конца, по каким правилам живет мир Балагуэро и на что способны его обитатели, приходится гадать, что поджидает профессора за ближайшим углом и куда в принципе движется история. А гадать — это, без вопросов, здорово.

К тому же мистическая составляющая нисколько не подводит. Противостоящие герою потусторонние женщины в черном, крепко-накрепко связанные с поэтами и их творчеством, хранят магические предметы, вырезают строки Бодлера на человеческих телах и тем самым немного освежают злодейскую вселенную кино. Вообще, в «Музе смерти», несмотря на старомодность формы (это, еще раз, оживший на экране детектив в духе Дарьи Донцовой), радуют многие моменты. Воскрешение мертвой рыбы стихотворением — это раз. Несколько сцен, где из людей обильно хлещет кровь, — два. Среди более скромных актеров расхаживает Франка Потенте и мелькает бонусный Кристофер Ллойд в роли умирающего затворника с кислородным катетером — три, и перечисление легко продолжить.

Для Балагуэро это второй англоязычный фильм после «Тьмы» (2002), и теперь можно заявить наверняка, что для испанца языковой вопрос большой роли не играет. Гораздо важнее, что отвлекшемуся на found footage любителю сверхъестественного все еще есть что рассказать в жанре, где с каждым годом работать все труднее и труднее.

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
  • Александр

    Так достаточно оригинальный фильм или очередной клон засилья мистического однообразия?

WordPress: 12.45MB | MySQL:207 | 0,271sec