ЭРИК РЕД: ОТ КУЛЬТОВОЙ КЛАССИКИ — К СТУДИИ ASYLUM

На перепутье 1980-х, между бунтарями 1970-х и «мирамаксовскими детьми» 1990-х, казалось, что эпоха узаконенного студиями аутёрства сошла на нет. Звонкие новые имена либо моментально уходили в тираж, либо оказывались успешными иностранными наемниками. Конечно, в 1980-е свои первые работы сняли братья Коэны, Стивен Содерберг и Сэм Рэйми, но после парада вселенских талантов прошлого десятилетия насмотренные зрители ждали куда большего. Молодой умник Эрик Ред как раз мог стать одним из таких новых лиц, но его карьера сложилась, увы, совсем иначе.

Почти все фильмы Реда затрагивают дисфункцию семьи или влюбленной пары, дисфункцию целого, будь то человеческое сознание или буквально организм. Даже если, как в случае со «Зловещей луной» (1996), в центре сюжета стабильные и счастливые отношения матери и сына, они будут разрушены извне. Но чаще эти родственные узы изначально чудовищны (домашнее насилие в «100 футах», 2008) и попросту бесчеловечны (вампирская банда в «Почти стемнело», 1987). Ред сам с большим трудом пережил ранний развод родителей и сменил фамилию с Дердаллера на своего рода творческий псевдоним только в 1977-м, уже после смерти отца.

После того как студенческий короткометражный фильм Gunmen’s Blues (1981) не обеспечил Эрика Реда работой в киноиндустрии, выпускник AFI переехал из Лос-Анджелеса к дяде в Остин, где на протяжении семи месяцев водил такси, заливался алкоголем и крутил роман с местной кантри-певицей. По мотивам своих дорожных приключений и под впечатлением от музыки The Doors в 22 года Ред написал сценарий к «Попутчику» (1986), который мечтал срежиссировать сам. Его быстро заметила влиятельная Мелинда Джейсон, племянница Николаса Рэя, у которой на тот момент было собственное литературное агентство. Но даже она не смогла уговорить студию TriStar дать 5-6 миллионов долларов вчерашнему студенту, пускай и страшно талантливому. Джейсон взяла под опеку и Кэтрин Бигелоу, которой прочили карьеру модели (ею она, впрочем, тоже успела побыть), но безупречно выглядящая студентка мечтала стоять за камерой, а не перед объективом. В те годы в Голливуде работали где-то три или четыре женщины-режиссера.

«Попутчик» по странному стечению обстоятельств попал в руки к дебютанту Роберту Хармону, фильм собрал среднюю кассу и еще менее впечатляющую критику. Роджер Эберт, к примеру, поставил триллеру с Рутгером Хауэром заветный ноль. Одним «Попутчик» казался слишком кровожадным, другим — чрезмерно стилизованным и нескладным, но нестандартность и выпирающие тут и там швы сыграли в пользу фильма. Свою аудиторию картина нашла с выходом в формате VHS, который и создавал большие культы вокруг небольших фильмов.

Все следующие проекты Эрика Реда были неразрывно связаны с Кэтрин Бигелоу и Мелиндой Джейсон: в 1986 году они заключили договор на долгосрочное сотрудничество. Бигелоу и Ред образовали творческую единицу, права которой выгрызала на встречах с продюсерами неумолимая Джейсон. Она подписала Эрика и Кэтрин на двойную сделку: вместе они делают два сценария — и Эрик как режиссер снимает «Подводное течение» (1996) по мотивам поэмы Эдгара Аллана По, а Кэтрин достается вампирский вестерн-хоррор «Почти стемнело». Последний с прикрепленным режиссером был практически незамедлительно продан студии, провалился в прокате и обрел культовый статус на VHS. А сценарий камерного «Подводного течения» так сильно нравился продюсерам, что от его написания до постановки фильма прошло десять лет.

Впрочем, этим контрактом сотрудничество Бигелоу и Реда не закончилось. Как потом вспоминал Ред, все три совместных сценария они написали, сидя в небольшой комнате с двумя печатными машинками, со средней работоспособностью по десять страниц готового текста в день. Созданная в тандеме и снятая Бигелоу «Голубая сталь» (1990) предстает практически феминистским ремейком «Попутчика»: офицера полиции Меган Тернер (Джейми Ли Кертис) начинает преследовать случайно повстречавшийся ей финансовый брокер Юджин Хант (Рон Сильвер). При этом вездесущность и вседозволенность загадочного маньяка «Попутчика» в «Голубой стали» Ред и Бигелоу выкручивают до масштабов, слабо поддающихся разумному анализу. Эта вопиющая неправильность, то ли подталкивающая к версии о расщеплении личности офицера Тернер, то ли просто переходящая в издевательство над жанром и зрителем, на длинной дистанции сделала «Голубую сталь» таким же важным памятником хоррор-эпохи 1980-х, что и маскулинное карпентеровское «Нечто» (1982).

Годом ранее Эрик Ред наконец-то заполучил шанс снять собственное кино от и до, без напарников, помощников и, разумеется, тормозов. За названием «Коэн и Тэйт» (1988), которое скорее подошло бы поточному бадди-экшну о двух придурочных копах, скрывается злой жанровый коктейль из хоррора, нуара и пересказа «Вождя краснокожих» О. Генри. Это мало о чем заявляющее название еще сыграет с фильмом злую шутку в виде полупустых залов ограниченного проката.

Девятилетний Трэвис (Харли Кросс) стал случайным свидетелем убийства. По его душу отправлены профессиональные киллеры Коэн (Рой Шайдер) и Тэйт (Адам Болдуин). Они должны привезти мальчика на допрос к боссам мафии, но дорога от Оклахомы до Хьюстона слишком длинная, чтобы все прошло без происшествий.

Может показаться, что Коэн и Тэйт — это появившийся намного позже стереотип тарантиновского дуэта двух друзей грязной профессии. Напротив, педантичный киллер старой закалки Коэн и молодой выродок Тэйт на фоне извечного поколенческого конфликта терпеть друг друга не могут. Один носит плащ и белую рубашку с галстуком, другой — кожанку и вообще похож на гопника; один делает все как надо, другой — как удобнее и т. д. Спокойно молчащий на заднем сидении Трэвис довольно быстро считывает ситуацию и начинает расшатывать нервы двух хладнокровных попутчиков, стравливая их друг с другом.

Как и в лучших образцах жанра, в своем дебюте Эрик Ред уверенно смешивает смешное и жуткое, на плотно упакованные час двадцать в «Коэне и Тэйте» есть не меньше трех сцен, от которых решительно падает челюсть. При закономерном финале это самая безжалостная, напряженная и стильная работа режиссера — ночь у Эрика Реда ничем не хуже скорсезовской («После работы», 1985) или манновской («Соучастник», 2004). Свое первое поражение Ред кое-как смог пережить, он все еще был на подъеме и получал предложения поучаствовать в крупных проектах.

Между съемками двух первых фильмов Эрик Ред успел поучаствовать в многолетних изысканиях триквела к «Чужому» (1979) Ридли Скотта. Известная история: продюсеры серии даже приблизительно не могли наметить отправную точку третьего фильма, поэтому на поиски сюжета было потрачено безумное количество денег и несколько лет трудов. Ред должен был переписать неудачный сценарий Уильяма Гибсона, но, не добившись от продюсеров никакой конкретики, где-то за месяц он с нуля создал совершенно новый и тут же отвергнутый.

В своем втором фильме Ред впервые обратился к литературе как к прямому источнику вдохновения — его давно интересовал роман Choice Cuts французского дуэта Буало-Нарсежак об ужасах трансплантации. По сюжету «Частей тела» (1991) психолог-криминалист Билл Крашанк (Джефф Фэйи) по пути на работу лишается руки в страшной автомобильной аварии. Пережеванную металлом часть тела ему заменяют чужой, которая быстро адаптируется к организму, а затем начинает жить своей жизнью. Чуть позже Бил узнает, что тело опасного донора было экономно разделено между целой группой жаждущих, у которых с их «обновками» наблюдаются те же проблемы.

Кажется, что в жанре хоррора нет запретных и бесполезных тем — важна лишь реализация и подбор нужного визуального кода. Но навести жути за счет руки-убийцы, отделенной от тела психопата, у Эрика Реда не получилось. Мерзкое ощущение инородного в своем теле и сознании, так знакомое по лучшим фильмам Дэвида Кроненберга, здесь подменяется откровенным B-movie. Возможно, Ред слишком буквально и серьезно подошел к вопросу — более абстрактное развитие сюжета и отсутствие фирменной хирургической жестокости могли бы сделать картину чуть интереснее микросюжета из хэллоуиновского спецвыпуска «Симпсонов». Возможно, фильму страшно мешает ведущий к традиционному финалу и снятый спустя рукава третий акт.

Большой гвоздь в прокатные перспективы фильма забила полиция Милуоки, за несколько недель до выхода «Частей тела» арестовавшая каннибала Джеффри Дамера, одного из самых знаменитый серийных убийц в истории США. В Paramount перепугались ненужных ассоциаций и озлобленных горожан и резко умерили пыл рекламной кампании.

Катастрофа с «Частями тела» откинула амбиции Эрика Реда лет на пять в прошлое: он завязал с собственными проектами, писал на заказ, признал себя банкротом, развелся с женой. Единственным реализованным за пять лет сценарием стал угрюмый вестерн «Последний изгой» (1993) о банде грабителей банков, снятый для кабельного канала HBO, но выглядящий полнокровным и серьезным фильмом.

В 1996-м Эрик Ред возвращается в большое кино с необычным хоррором об оборотнях «Зловещая луна», снятым по мотивам романа Уэйна Смита. В 1990-е и последовавшие 2000-е про оборотней не выходило почти ничего путного, да и кратковременный расцвет жанра пришелся именно на 1980-е со всеобщей страстью к сложному гриму, аниматронике и реалистичному насилию. В течение одного только 1981 года вышли почти все самые важные и прорывные картины в жанре: пограничные «Волки» Майкла Уодли, атмосферный «Вой» Джо Данте и сардонический «Американский оборотень в Лондоне» Джона Лэндиса.

Сюжет практически любого фильма об оборотнях строится вокруг случайного нападения и кровавого проклятья, но в «Зловещей луне» Ред находит способ по-новому обыграть классическое развитие истории.

В одном из путешествий на фотокорреспондента Тэда Харрисона (Майкл Паре) нападает гигантский оборотень. Потеряв при атаке чудовища свою девушку и вернувшись на родину, Тэд ведет затворническую жизнь в трейлере близ густого леса, в котором начинают пропадать люди. Скрываясь от неприятностей и полиции, герой на время приезжает погостить к сестре Джанет (Мэриэл Хемингуэй), которая живет в загородном доме с десятилетним сыном и овчаркой по кличке Тор. И пока родная сестра и племянник лишь догадываются о том, как сильно изменился Тэд, протагонистом фильма становится выслеживающая монстра собака.

Конечно, неожиданное противостояние между оборотнем и домашней овчаркой Эрик Ред подсмотрел в романе-первоисточнике, который и вовсе называется «Тор». Но главное, что постановщик идет выбранным путем до самого конца. Так, в одной из ключевых сцен фильма Майкл Паре мстительно метит собачью будку. Ред довольно аккуратно использует сцены с оборотнем и успешно обходит несколько устоявшихся жанровых клише: его вервольф, к примеру, выходит на охоту при любой луне, а серебряные пули являются далеко не единственным лекарством от «болезни». Как и всегда с Редом, его далеко не совершенный, но по-своему удивительный фильм провалился в прокате, собрал скверную критику и был оценен по достоинству лишь годы спустя, после выхода во всех возможных форматах и попыток профильных хоррор-ресурсов развернуть немногочисленных зрителей к «Зловещей луне» лицом.

В этом же году на канале Showtime вышел злополучный триллер «Подводное течение», написанный Эриком Редом еще в тандеме с Бигелоу и пролежавший на полке порядка десяти лет.

Улетев с шоссе в дикий бурелом, рабочий Джек Кетчам (Лу Даймонд Филлипс) приходит в себя в лесной сторожке с грубым охотником Лайлом (Чарльз Дэнс) и его перепуганной супругой Вилли (Миа Сара). За окном льет как из ведра, а стены дома до потолка завешаны огнестрельным оружием.

В одной из сцен Чарльз Дэнс берется за громадный арбалет и может показаться, что ровно в этот момент сюжет фильма сделает интересный крюк: дом находится в такой глубокой глуши, что без опасных соседей не обойтись. Но нет, вся тайна кроется не в таинственной театральности или горах оружия, но в заплаканных глазах и тревожных вздохах Миа Сары. Это история домашнего насилия и вынужденного любовного треугольника, которая постепенно мутирует в привычный для Реда психопатический слэшер на манер «Попутчика» и «Голубой стали». И если Дэнс с его острыми чертами лица и властным голосом оказывается одним из лучших редовских преследователей, то патлатый Лу Даймонд Филлипс как будто и не выбирался из своих VHS-боевиков.

Как потом замечал сам Ред, именно спартанские съемки «Подводного течения» в нескольких помещениях подготовили его к камерному хоррору о женщине в беде «100 футов». Навязчивые суицидальные мысли, желание пустить пулю в голову и прыгающие из сценария в сценарий сцены жутких автомобильных катастроф (даже в его третьем «Чужом» был перепахивающий все живое трактор) стали основой совсем иного сюжета.

В мае 2000-го после очередного студийного питчинга Эрик Ред сначала на своем Jeep снес остановку общественного транспорта, а затем въехал в витрину ресторана, задавив насмерть двух посетителей. После чего он выполз из машины и попытался перерезать себе глотку осколком витринного стекла. Ред пролежал в больнице несколько недель, следующий год заняли судебные разбирательства — присяжным не особенно понравилась версия о редком заболевании и потере сознания за рулем. Тем не менее Ред избежал тюрьмы и полноценного расследования, отделавшись выплатами семьям погибших в размере одного миллиона долларов.

Возвращение в кино проходило тяжело, и без того потерявший всякую хватку и нерв Ред брался за любой возможный проект. Он, к примеру, написал для Warner Bros. сценарий продолжения культовых «Пропащих ребят» (1987) Джоэла Шумахера о банде вампиров-подростков, но удача отвернулась от него и здесь. Warner Bros. в итоге пошли безопасным путем дешевого VOD-сиквела «Пропащие ребята: Племя» (2008), в 2007 году вышел несколько бестолковый ремейк «Попутчика» от студии Майкла Бэя, а Эрик Ред переключился на собственный хай-концепт-хоррор, которому суждено было фактически завершить карьеру одного из самых интересных жанровых авторов Голливуда.

Марни Уотсон (Фамке Янссен) в наручниках едет в машине с человеком, который, кажется, готов разбить ей лицо в любой момент (Бобби Каннавале). Марни выходит из тюрьмы под домашний арест со стофутовым датчиком на ноге, угрюмый человек в машине — полицейский, напарник ее супруга (Майкл Паре), которого она в ходе очередной домашней потасовки насмерть проткнула ножом. Сначала в доме обнаруживается кот, затем ночующий в подвале бездомный, ну а после и безмолвный призрак убитого мужа.

Возможно, выйди «100 футов» прямо сейчас, то есть в 2016 году больших интернет-истерик, Эрик Ред неплохо бы заработал на дешевом морализаторстве и актуальности уровня интернет-таблоидов, но свои источники вдохновения он всегда искал немного другими путями. Ред хотел сделать кино страшно старомодное и для себя несвойственное — в «100 футах» на удивление мало фирменной телесности и липкой жути, это классический «сухой» хоррор о доме с приведениями. Правда, с несколькими небольшими ремарками и рассчитанным на переоцененный CGI слабоватым финалом. Во-первых, домашний арест заметно развязал руки Реду-сценаристу — теперь для вынужденного ощущения замкнутости не нужно лишних сюжетных поводов и подвохов. Во-вторых, Марни довольно быстро принимает факт нахождения в доме призрака как должное и методично сопротивляется выпорхнувшему из могилы супругу. Этот поворот, разумеется, выходит Реду боком: слишком уверенный в себе персонаж хоррора моментально сводит на нет творящийся вокруг морок, коего, впрочем, и так немного.

«100 футам» не повезло с прокатом в мире, который уже четвертый год подпитывался от острых зубьев «Пилы», на DVD фильм и вовсе выпустила печально известная компания Asylum. В редких интервью тех лет Эрик Ред рассказывал, как по его сценарию Ян де Бонт снимет автомобильный экшн-хоррор с Джоном Кьюсаком за 60 миллионов, а сам он в самое ближайшее время займется злейшей каннибальской прозой Off Season Джека Кетчама («Женщина» (2011) Лаки МакКи) или собственным сценарием Nightlife о тайном мире вампиров в ночном Сан-Франциско. Off Season годом позже экранизировал хоррор-продюсер Эндрю ван ден Хутен, а о вампирском варианте «Основного инстинкта» (1992) ничего не слышно до сих пор.

Семь лет спустя, перевыпустив все свои культовые фильмы в нестыдном HD, раздав кучу ретроспективных интервью для профильных сайтов о кровище и безнадеге, написав четыре остросюжетных романа, Эрик Ред окончательно растворился в своей первоначальной ипостаси режиссера. В 2015 году компания Asylum выпустила его чудовищный хоррор про собак, заразившихся бешенством от упавшего метеорита. Какие-то серьезные комментарии здесь излишни, разве что дешевая цифровая съемка мешает Night of the Wild прикинуться даже стилизацией под одномерный грайндхаус. Возможно, следующее поколение хоррор-энтузиастов доберется до десятков неэкразированных рукописей Реда, до его романов в мягких переплетах и как-то сможет заполнить борозды, оставленные человеком, который свой творческий путь начал с фильмов Кэтрин Бигелоу и фактически закончил в каталоге Asylum.

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
  • Сергей Косов

    Спасибо, интересный материал.