«Пока мы здесь»: За меня толчет мой рис Дэвид Линч

Год назад Киёси Куросава представил свою сайфай-драму в секции «Особый взгляд» Каннского кинофестиваля, а в феврале фильм вышел в ограниченный американский прокат. RussoRosso описывает, чего стоит ждать от новой работы режиссера, для которого экспериментаторство — профессиональное кредо с самого начала карьеры.


«Пока мы здесь» / Sanpo suru shinryakusha (2017)

Режиссер: Киёси Куросава
Сценарий: Киёси Куросава и Сатико Танака по пьесе Томохиро Маэкавы
Оператор: Акико Асидзава


Пионер J-хоррора Киёси Куросава за годы карьеры показал себя не просто мастером атмосферного постмодернисткого ужаса, но и просто заядлым ремиксером вообще любых киножанров. Мало кто знает, что перед прорывным «Исцелением», одним из первых хорроров на тот момент 32-летнего автора, он снял больше пятнадцати полных метров. Среди них были полицейские боевики, комедии и даже мюзикл. За прошедшие с тех пор двадцать лет на каждый мрачный жанровый шедевр вроде того же «Исцеления» (1997) или «Пульса» (2001) приходилось по невразумительной абсурдистской фантасмагории вроде «Харизмы» (1999) и «Яркого будущего» (2003).

В последние годы хорроры в творчестве мастера и вовсе стали редким гостем, а безумные жанровые выпады — например, недавний владивостокский мюзикл «Седьмой код» (2013) и короткометражная кунг-фу-драма Beautiful New Bay Area Project (2013) — далеко не всегда находят отклик у зрителей. Серьезные драматические шедевры «Токийская соната» (2008) и «Путешествие к берегу» (2015) оказываются здесь в меньшинстве. При создании своих сложносочиненных ремиксов синефил Куросава в принципе никогда не ориентировался на зрителя, и его свежая ретросайфай-деконструкция «Пока мы здесь» не исключение. Фильм открывается энергичной экшн-сценой с участием жестокого инопланетянина в теле японской школьницы и продолжается растянутым разговорным фарсом о том, как пришельцы пытаются усвоить человеческие понятия вроде любви и работы, буквально отнимая их у людей (фильм снят по пьесе — и это чувствуется).

Проблема «Пока мы здесь» в том, что, когда дело касается юмора, Куросава далеко не так успешен, как он сам, кажется, думает. Трансформация Синдзи (или Синдзика, как называет его жена) в безэмоционального инопланетянина и положительный эффект, который эта трансформация оказывает на его брак, напоминают сюжетную линию Даги Джонса из третьего сезона «Твин Пикса» (2017), разве что в разы менее обаятельную и захватывающую. Абсурд и фарс никогда не высасывали саспенс из картин Дэвида Линча так, как они делают это у Куросавы, а, наоборот, усиливали напряжение в кадре подчеркнутой человечностью происходящего. Ко второму часу просмотра линчевские мотивы в фильме Куросавы уже сильно утомляют: пускающий бумажные самолетики начальник отдела, который вернулся в детство после того, как пришелец отобрал у него понятие о работе, или выступления активиста-социалиста, забывшего, что такое собственность, ничего кроме скуки не вызывают. В итоге они хоронят потенциально искреннюю и трогательную мелодраматическую концовку с громкой оркестровой музыкой.

В то же время затесавшиеся в по-кафкиански невыносимое действо две-три сцены, где в ход идут стрельба, взрывы и погони, сняты мастерски и мгновенно приковывают внимание. Остается только догадываться, насколько более эффективной стала бы эта картина, если бы Киёси Куросава объективно оценивал сильные и слабые стороны своей режиссуры. Думается, что в ближайшее время этого не произойдет, и нам останется только смириться и продолжать терпеть неадекватного, непредсказуемого и самозабвенного Куросаву-экспериментатора.

Читайте также:

Жанровый лайнап 70-го Каннского кинофестиваля

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
WordPress: 12.37MB | MySQL:203 | 0,308sec