«Кровь Бога»: Господь, жги

На 41-м ММКФ показали брутальную польскую драму «Кровь Бога» о том, как человечество не может придержать тьму, когда дело касается благих намерений.


«Кровь Бога» / Krew Boga (2018)

Режиссер: Бартош Конопка
Сценарий: Бартош Конопка, Пшемыслав Новаковски, Анна Выдра
Оператор: Яцек Подгорский
Продюсеры: Анна Выдра, Анджей Биалаш, Рафал Бубницки и другие


Религиозное просвещение крепко держит за глотку страдающее Средневековье: строгий священник Виллиброрд (Кшиштоф Печинский) направляется крестить последний языческий остров в Европе (что бы это ни значило). Все спутники Виллиброрда погибли, зато на берегу он встречает Безымянного (Кароль Бернаки) — юношу-идеалиста, который тоже держит путь в таинственную деревню. Там они постараются достучаться до дикарей, которых их собственный бог заставляет мазать лица белой глиной и издавать нечленораздельные звуки.

Встреча двух мировоззрений не обходится без искр: сначала Виллиброрд (историческая, к слову, личность) побеждает в поединке местного шамана, пройдя через костер. Затем, ужаснувшись жестокости священнослужителя, Безымянный зашивает свой рот, примыкает к племени и обнаруживает в себе способности целителя. Между этими событиями выясняется, что на самом деле дикарями управляет не косматый старик из средневекового «Безумного Макса», а разорившийся торговец, решивший, что Перун круче Иисуса. Каждый последующий сюжетный кульбит предлагает новый ответ на толстовский вопрос «В чем моя вера?» и подливает сомнений в огонь борьбы лучшего с хорошим.

«Кровь Бога» снял польский документалист Бартош Конопка, на счету которого неигровые фильмы о козе («Баллада о козе») и кроликах под Берлинской стеной («Кролик по-берлински»), а также драма об отношениях двух отцов — «Страх высоты». В рамках сюжета про Виллиброрда и его миссию Конопка с соавторами (Пшемыслав Новаковски, написавший «Катынь», и Анна Выдра, спродюсировавшая «Айку») исследует не только цивилизацию, как Николас Виндинг Рефн в «Вальгалле» (2009), или поиск доказательств Бога, как Мартин Скорсезе в столь же выспреннем «Молчании» (2016). Авторы заняты даже не проблемой веры как власти, маячившей в финале «Апокалипсиса» (2006) Мэла Гибсона. Несмотря на сходство финала «Крови» с «Трудно быть Богом» (2013), Конопку, помимо сугубо человеческого, интересует и то, что лежит за его гранью. То, что будто бы отзывается на молитвы и всхлипы закадрового монолога.

Среди смачных визуальных решений режиссера, который нагоняет тумана и разве что не превращает место действия в средневековый остров Черепа из «Кинг-Конга», есть эффектные ритуалы с глиной. Тот самый шаман, которого побеждает Виллиброрд, повторяет перформансы французского художника Оливье де Сагазана, размазывавшего по лицу глину. Сначала ровным серым слоем, потом две угольные точки вместо глаз, красную рану рта — и потом новые слои с инкрустацией стрелами, до полного расчеловечивания. В сущности, «Кровь Бога» и пытается запечатлеть эту тонкую грань, за которой благие намерения оборачиваются адом, бог — демоном, а человек теряет связь с реальностью. Иронично, что лаконичный перформанс передает это лучше, чем полуторачасовой фильм, больше обещающий средневековую жестокость, чем ее демонстрирующий, и вдобавок слишком увлеченный словами при вполне убедительном видеоряде. Заканчивается все закономерно плохо, потому что вовремя остановиться — не самый присущий человечеству навык. Огонь, иди за мной.

Читайте также:

Жанровые фильмы 41-го Московского кинофестиваля

Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter
WordPress: 12.42MB | MySQL:213 | 0,302sec