«Надежда»: бойся зубов Фассбендера

В российский прокат выходит новый фильм именитого корейского автора На Хон-джина, эпатировавшего публику в Каннах громоздким сай-фай боевиком. Безумный экшн, бешеная динамика и голливудские звезды в ролях инопланетных захватчиков — об этом из мчащейся на полной скорости машине рассказывает наш корреспондент Мария Судакова, параллельно отстреливаясь от монстров.

Кто бы мог подумать, что расследование убийства растерзанного быка в итоге приведет не к охоте на огромного тигра, а к битве за спасение земной цивилизации? Вот и шериф (Хван Дон-мин) не мог представить, что судьба втянет его в водоворот событий и противостояние инопланетным захватчикам. А обычные будни перерастут в масштабные перестрелки, погони на машинах и скачки на лошадях в компании выживших сопротивленцев.

Режиссер На Хон-джин — известный южнокорейский автор, который прекрасно умеет работать в жанровом кино и каждый раз удивлять зрителя. С момента его последнего полнометражного проекта «Вопль» прошло уже десять лет, и вот автор вновь ворвался на киноэкраны, но уже с иным размахом и масштабом. В предыдущих работах было видно, что На Хон-джин не просто мастерски владеет всеми кинематографическими инструментами, но и умело вплетает в захватывающее повествование социальное высказывание. На первый взгляд, «Надежда» вроде бы выбивается из фильмографии режиссера, и кажется стандартным сай-фай экшеном с бесконечными погонями и перестрелками. Но не стоит сразу делать столь однозначные выводы. Под соусом фантастического боевика скрывается нечто большее, чем просто красочный аттракцион. Хотя при этом картина прекрасно работает и как отличный представитель жанра.

Необычна сама структура картины. Ведь, если разбирать ее с точки зрения драматургии, то перед зрителем — лишь огромная экспозиция. Тут должны прозвучать недовольные реплики: как так, неужели На Хон-джин не открывал пособие по сценарному мастерству? Да и персонажи какие-то странные, прописанные намерено с использованием стандартных жанровых клише и будто крупными мазками. Чего стоит эпичное появление девушки-блюстительницы закона в исполнении звезды Чон Хо-ён, прекрасного боевого ангела с огнестрельным оружием. И как вишенка на торте — автор намеренно после трех монументальных часов непрерывного экшена обрывает повествование огромным клиффхэнгером. Режиссер сошел с ума? Нет, подобный прием еще применил Джим Джармуш в вампирской драме «Выживут только любовники», специально оборвав повествование, по сути, в момент завязки собственно истории. Но если американский режиссер использовал хронометраж ленты, чтобы ввести зрителя в гипнотическую и поэтическую атмосферу, то На Хон-джин отдал экранное время непрерывному движению.

По своей структуре «Надежда» напоминает скорее шутер, где основная часть — именно эпичные и захватывающие перестрелки. Порой кадр выстраивается так, что зритель наблюдает за движением героя со спины, а персонажем словно управляет по ту сторону экрана другой игрок. Некоторые моменты и вовсе напоминают катсцены. Например, когда Хван Дон-мин остается один и его подхватывают местные жители, попутно на ходу объясняя подробности происходящего и снабжая героя дополнительным оружием. Отсюда появляется и условность в картине в угоду большей зрелищности. Откуда у всех столько огнестрела? Зачем нужна длинная сцена, как персонаж пытается перепрыгнуть с бегущей лошади в машину на полном ходу? Ответ простой — это круто. Отдельные эпизоды поставлены тоже по канонам битв с боссами в видеоиграх. Как весьма продолжительная схватка с монстром: враг эпично и красиво раскрывает пасть, будто ожидая, когда человек по ту сторону экрана быстро нажмет нужную комбинацию кнопок, чтобы нанести финальный удар. Не хватает лишь шкалы с оставшимися у соперника жизнями. И благодаря такой постановке «Надежда» бодро удерживает внимание с учетом своего огромного хронометража, напоминая скорее опыт просмотра летсплея.

В связи с эти у фильма — особая динамика, мчащаяся только вперед на разъяренном скакуне. Первую половину ленты режиссер намеренно не показывает монстров, постоянно обманывая зрителя и играя с ожиданиями, что вот сейчас из темноты или угла выпрыгнет нечто. Но когда на экранах появляется истинный образ пришельцев, то нагнетаемый саспенс сменяется напряженной погоней. Отдельная зрелищность достигается и благодаря выдающейся операторской работе в совокупностью с блестящей хореографией экшн-сцен. Кстати, оператор Хон Гён-пхё работал с режиссером на «Вопле», помогая сохранить преемственность в режиссерских акцентах. Об этом говорит и сеттинг маленькой южнокорейской деревни, и работа на открытых просторах. Особенно бросается в глаза ясное небо в кадре и большая роль лесных локаций, по которым камера парит, заставляя почувствовать, как ветер от гонки бьет в лицо. От этого эффектнее смотрятся замедленная съемка в самых сочных моментах, когда челюсть существа вот-вот сомкнется в сантиметре от героя.

Колорита добавляет и роскошная оркестровая музыка, комментирующая повествование и повышающая драматический накал в точечных местах. Причем за музыкальное сопровождение отвечает композитор Майкл Эбелс, автор партитур к картинам Джордана Пила. Кстати, через музыканта возникает интересный мостик с фильмом «Нет», тоже на космическую тематику. Отдельной похвалы заслуживают и художники-постановщики, создавшим каждый миллиметр разрушенной местности невероятно реалистично, буквально тактильно передавая фактуру мира деревни под говорящим названием Гавань Надежды. И не обошлось без пасхалок для фанатов «Чужого», которые уловят переклички с гигеровскими работами в дизайне пространства космического корабля.

Теперь настал момент поговорить о самом интересном — самих пришельцах. С их линией тоже не все так однозначно, потому что в какой-то момент зритель получает возможность посмотреть на историю и со стороны инопланетян. Выясняется, что агрессия на обитателей земли у них мотивированная, а люди тоже оказываются не такими уж белыми и пушистыми. Интересно то, что роли инопланетных гостей играют голливудские звезды. Но разглядеть Алисию Викандер и Майкла Фассбендера под обилием компьютерной рисовки весьма проблематично (последний и вовсе меняет внешний облик, бегая большую часть своего хронометража в зубастой форме). В этом заключается и концептуальная идея, что представители другой расы и культуры в азиатском фильме гипертрофированно показаны как представители иной космической цивилизации. Причем с дизайном монстров связана и, возможно, самая слабая сторона фильма — CGI, который при первом появлении чудовищ нарочито режет глаз. Справедливости ради, надо сказать, что по ходу действия графика на глазах становится лучше и лучше.

Но что если это не баг, а фича? Потому что в подобном визуальном решении чувствуется флер боевиков из нулевых и даже определенная ирония. А это весьма важно в фильме, где не последнюю роль играет черный, даже отчасти сортирный, юмор. Создатели словно берут все составляющие клишированного боевика и выжимают из него все до последней капли. Сама форма «Надежды» выглядит не столько как ответ голливудским коллегам (вот, мол, и в Южной Корее можно снять блокбастер по всем американским канонам), сколько остроумная рефлексия над тем, как может выглядеть западная культура через азиатскую призму. А южнокорейские авторы могут, играя по этим правилам, сделать все еще круче и безумнее.