«Красный Экран»: всматриваясь в страх

В российский прокат выходит хоррор-антология «Красный Экран», сплетенная из пяти новелл. Спектр ее жанровых оттенков колеблется от юморного слэшера до сай-фая с мистическим флёром. Дмитрий Соколов изучает, за счет чего авторам удалось зрелищно скомбинировать воедино очень непохожие страшилки.

Опытный профайлер (Софья Лебедева) ведет сложную игру с пойманным серийным убийцей. Его последняя жертва может быть еще жива, но маньяк наотрез отказывается говорить, и тогда на помощь приходят передовые научные разработки. Экспериментальная технология «Красный Экран» позволяет проникать в сознание другого человека, затем извлекая оттуда всю необходимую информацию. Пока девушка блуждает по зловещим закоулкам чужого разума, перед ее глазами предстают кошмарные сюжеты, образующие палитру из страхов, которую необходимо понять, чтобы перехитрить душегуба. Проблема лишь в том, что с каждым новым фрагментом ребуса мысли профайлера и маньяка сплетаются все прочнее, а их игра становится смертельно опасной.

Российский хоррор, в 2010-х находившийся на подъеме, за последние годы вошел в полосу стагнации. При том, что эффектные жанровые компоненты встречаются и в детективных триллерах («Голосовой помощник») и в мистических драмах («Шурале»), чистый фильм ужасов отечественного производства в широком прокате ныне редкость. Тем ярче на общем фоне выделяется новый проект продюсера Владислава Северцева («Невеста», «Пиковая дама 2: Зазеркалье», «Рассвет»), собравшего для съемок команду жанровых энтузиастов. «Красный Экран» организован как хоррор-антология, состоящая из пяти разноплановых новелл, скрепленных сюжетом о борьбе отважного профайлера и безжалостного маньяка. Общая концепция в том, что каждый из представленных сегментов охватывает важные грани хоррора, демонстрируя творческий потенциал жанра на (подчас полярно) разных примерах. К счастью, несмотря на ряд мелких тональных диссонансов, «Красный Экран» хорошо работает как сборник страшных историй, рассказанных людьми, явно любящими хоррор, и сознающими его безграничные художественные возможности.

Центральный постановщик Евгений Колядинцев (автор хитового сериала «Не бойся») оформил опоясывающий нарратив как адреналиновый слэшер, где «последняя девушка» ускользает от настигающего ее маньяка, пробираясь через несколько разных локаций. Время от времени она проваливается в «красный экран», и тогда начинается очередная новелла. В первой («Бежать некуда») напуганный мужчина бежит в никуда, преследуемый собственными двойниками. Во второй («Переход») женщина спускается в подземный переход, где ее ждут агрессивные тени. В третьей («Я люблю Еву») грустная девочка заводит дружбу с монстром, прячущимся посреди живописных развалин. В четвертой («Последний маньяк») убийца (очень зря) гоняется за миловидной велосипедисткой по лесу. В пятой («Сеанс») вызов духов умерших принимает неожиданный оборот. Все представленные новеллы различаются по стилистике, однако уверенная режиссура сквозного сюжета предотвращает их дисгармонию, ловко играя на контрастах. Рядом с динамичными новеллами стоят спокойные фрагменты общей истории, а новеллы с размеренным ритмом перебиваются напряженными погонями. Умело выстраивая темп от спокойного допроса в начале до истерической схватки в финале, Колядинцев с помощью скрепляющего сюжета поддерживает единство настроения, дважды критичное в фильме, состоящем из настолько разных по акцентам компонентов.

Но и остальные авторы по большей части не разочаровывают своим вкладом. Самой концептуально слабой, к сожалению, получилась открывающая новелла «Бежать некуда» от Димы Барченкова, столь же бодрая, сколь и бессвязная. В ней заметны проблески стиля и порой ощущается атмосфера загнанности, однако сюжету недостает даже минимальных поясняющих подробностей. Вместо них – туманные реплики и запутывающий, а не интригующий монтаж. Что касается «Перехода», то незамысловатая работа Арсения Сюхина впечатляет режиссерской смекалкой. С микроскопическим бюджетом и одной локацией на руках Сюхин умудрился снять толковый лиминальный хоррор со всеми нужными атрибутами: скримеры, густое чувство тревоги вокруг знакомого, но неуютного пространства, плюс нервирующие, но неясные чудища где-то на периферии кадра. «Я люблю Еву» от Кристины Манжулы (в свое время отмеченная призом на Кинотавре) – жемчужина коллекции, меланхоличная хоррор-драма о тяжелом детстве, выдержанная в духе лент Гильермо дель Торо. Благодаря выверенной связке внешней разрухи и внутреннего разлада новелла перекликается с наследием экспрессионизма, но психология здесь всегда остается безжалостно реалистической. Чарующее декадентское сочетание красоты и жути. «Последний маньяк» наверняка порадует фанатов слэшеров (вы ведь поняли, что ее тоже снял Колядинцев?) остроумной игрой с жанровыми клише, и восхитительно смелой актрисой на главной роли (окровавленная Анастасия Слонидзе обворожительна!). Заключительная новелла «Сеанс» от Николая Лупанова, вопреки сценарной сумбурности, захватывает изысканными операторскими ракурсами и тщательно транслируемым чувством тревожной загадочности вокруг того самого сеанса по вызову мертвых.

На рубеже 2010-х и 2020-х годов российский хоррор пережил краткий, но ощутимый всплеск популярности. Тогда же впервые обозначился серьезный международный интерес к жанровым проектам («Невеста» собрала кассу на латиноамериканском рынке, «Спутник» отметили на зарубежных фестивалях, сериал «Эпидемия» хвалил Стивен Кинг), связанный с тем, что разные авторы предложили работающие формулы для связки локального колорита с универсальными сюжетными схемами.

«Красный Экран» продолжает линию развития, намеченную в те годы. Вобрав в себя разнообразный ряд жанровых виньеток, антология достойно выполняет задачу представить хоррор предельно гибким жанром, способным эффективно переливаться бесчисленным множеством оттенков, не теряя своеобразия. В этом отношении принцип антологии (классический для иностранных хорроров, но практически не востребованный в России) выглядит экспериментальным ходом, сочетающим давно известные зарубежные форматы с российской спецификой. В конце концов, «Красный Экран» еще и талантливо написанное любовное письмо всем, кто ценит целительные страхи в кинематографе.

P.S. для цепких фанатских глаз: во-первых, приглядитесь к профессору рядом с главной героиней – его сыграл Александр Зуев из культового постсоветского хоррора «Прикосновение»; во-вторых, в сквозной новелле ищите мимолетную отсылку к «Сиянию»!