«Демонолог»: американский хоррор в Японии

В российском прокате идет замысловатый жанровый гибрид: фильм, снятый американцем, но с японской актерской командой и нацеленный обыгрывать одновременно механики кайдана и западных мистических хорроров. Максим Бугулов вглядывается в темноту, и сообщает, что — вопреки заметным шероховатостям — картина не лишена ощутимых достоинств. 

Айри (Моэка Хоси) вместе с сестрой отправляется в загородный дом, принадлежащий флипперу Тэйко: она с сыном Гундзи приобретает старые здания, приводит их в порядок и продает подороже. В ее свежей покупке — просторной пасторальной гостинице — завелся призрак. Айри, снискавшая известность в узких кругах как странствующая женщина-медиум, берется за заказ: мертвецы предсказуемы и обычно сами уходят в иной мир, стоит лишь узнать, что им нужно. Но случай в бывшем отеле гораздо серьезнее и опаснее, чем кажется на первый взгляд.

Дэйв Бойл (не путать с однофамильцем Дэнни) вырос в мормонской семье и волею судьбы должен был проповедовать христианство японской общине в Австралии. Взаимодействие с иной культурой привило будущему постановщику живейший интерес к Японии, а строгость воспитания позволила с легкостью адаптироваться к суровому этикету Страны восходящего солнца. Помариновавшись в американском инди-кино, Бойлу удалось закрепиться за океаном: сначала он снял несколько эпизодов для «Дома ниндзя» на студии Toho, а затем открыл вместе с Кэнто Каку (ведущий актер упомянутого сериала) продюсерскую компанию Signal181. «Демонолог» — дебют, призванный создать «уникальный, свежий взгляд на джей-хоррор» и «продвинуть жанр вперед».
Спору нет, Бойл провел большую работу. По «Демонологу» раскиданы артефакты японской хоррор-волны 1990-х, вроде сакрального значения черных волос, звуков, напоминающих о хите Такаси Симидзу, и мотивов социального одиночества а-ля «Пульс» Киёси Куросавы. Вместо традиционных оммёдзи постановщик смастерил лихую механику взаимодействия с потусторонним через зоотроп, свечу и прядь волос. Больше всего впечатляет, что, несмотря на мормонский бэкграунд, режиссер закольцевал фильм в очень пресвитерианскую историю.

Однако на поверку джей-хоррор-идентичность вызывает серьезные сомнения. Бойл неоднократно демонстрирует, что смотрел «Зловещих мертвецов», в коридорах отеля видится скорее «Сияние», нежели «Звонок», цветокор и вайб 1990-х напоминают не урбанистические повести о ёкаях, а современные североамериканские ленты, вроде «Черного телефона 2» и «Обсессии». Да, история двух сестер Айри и Мику похожа на знаковую корейскую ghost story, а в меланхоличном настрое и теме жертвенности мелькают «Темные воды», но ключевой (и неоднократно проговариваемый) постулат «живые хуже мертвецов» взят у Джорджа Ромеро. Даже местный закоулок Яманаси легко спутать с захолустьем в 20 милях от Питтсбурга. Техническая сторона тоже выдает американское происхождение постановщика: джампскейры с не очень понятным таймингом, фиксация на механике мистики («Женщина в черном», «Заклятие») и игры со временем («Окулус») очень далеки от неокайдана.

Какие элементы этого калейдоскопа должны были стать ледоколом джей-хоррора — ведомо лишь Бойлу и Каку. При этом на инструментальном уровне «Демонолог» выглядит приятно: Дэйв умеет работать с камерным сеттингом, на лету переключается между мистическим и мирским и давит на зрителя и саспенсом, и гипернатурализмом. В то же время сюжет с грандиозным скрипом растягивают до 104 минут (ради этого не жалко использовать почти целиком сразу два трека Джонатана Снайпса), а ложноножки истории так и не добираются до чего-то осмысленного — в отличие от волны неокайдана, которая действительно модернизировала предания седой старины под актуальную технофобию, алиенацию и потерянное десятилетие. «Демонолог» же копается в прошлом, которого уже нет, надеясь возвести концепцию будущего, которое еще не наступило, и теряется в настоящем. С другой стороны, дебюты вовсе не обязаны мгновенно творить историю: интересно поглядеть на проекты Signal181, когда интернациональный дуэт продюсеров обкатает производственную модель и нащупает что-то свое.